Глава 15
Перед тем как направиться домой, мы, как и планировали, сначала зашли в госпиталь. Подходя к крыльцу, я сразу позвонил Андрею, чтобы приехал за нами.
В приёмном отделении всё ещё продолжалась работа, оно и понятно, ведь самых тяжёлых мы брали на себя прямо на месте, а остальных везли сюда и их было большинство. Кроме того, бой сегодня выдался особенно ожесточённый, и раненых было больше, чем вчера, так что работы хватило на всех.
Василий Анатольевич и Валерий Павлович с молодыми целителями, практически засыпающими на ходу и измождёнными долгой работой, долечивали последних пациентов. Мы с Анатолием Фёдоровичем, как два мастера, быстро вылечили тех, кто до сих пор ожидал своей очереди, облегчив тем самым работу своим коллегам.
Да, приятно осознавать, что я за короткое время, действительно, поднялся на довольно высокий уровень целительства как по силе, так и по знаниям. Но нет предела совершенству.
Евгению и своих парней я попросил подождать в ординаторской, а мы с Герасимовым поднялись на второй этаж, в библиотеку. Анатолий Фёдорович, плотно прикрыв за собой входную дверь, прямой наводкой пошёл в дальний конец библиотеки к решётчатой двери, за которой находились особо ценные экземпляры.
Как же я давно мечтал сюда попасть! Каждый раз, приходя сюда, пытался разглядеть надписи на корешках особо охраняемых фолиантов, а теперь книга из этого отдела не просто окажется у меня в руках, но я ещё и смогу забрать её домой! Даже сердце учащённо забилось.
Вдруг промелькнула шальная мысль — это же надо, никакие библиотечные книги за порог выносить нельзя, а я сейчас получу прямо в руки столь бесценный экземпляр и унесу к себе домой. Доверие наставника ко мне просто не имеет границ, для меня это ценно. Даже, наверное, гораздо более ценно, чем месторождение Делорита.
Анатолий Фёдорович быстро пробежался взглядом по корешкам книг, выбрал нужную и осторожно достал с полки, словно спящего младенца из колыбели. Я даже не сильно удивился, насколько трепетно он относится к книгам, для истинного учёного это нормально.
Взяв фолиант в руки, я немного удивился. Эта книга была явно не из самых древних. Видимо, очень ценная и редкая, раз хранилась здесь. Может быть, просто слишком опасная для тех, кто до этого уровня ещё не дорос.
— Спрячь скорее в свой рюкзак и беги отсюда, пока никто не увидел, — усмехнулся Герасимов, испытующе посмотрев мне в глаза.
В этом взгляде я видел гордость за ученика, который перерос своего учителя. Если бы это передо мной сейчас был Василий Анатольевич, то в его взгляде чётко читалась бы зависть. Но я точно знаю, что наставник мне ни капельки не завидует, а только рад за меня.