Следом я открыл середину книги, и со страницы вылетел золотой ритуальный круг. Он был не плоский, а толщиной около полуметра, и состоял из множества слоёв сложных ритуальных кругов. Из него вылетела тонкая, размером с мой мизинец, золотая цепь.

Она летела небыстро, однако пока двигалась в сторону Кошмара, весь кровавый туман в округе начал стягиваться к ней. И чем ближе туман приближался к цепи, тем сильнее уплотнялся и скручивался.

Цепь быстро окрасилась в красный и запылала, по её поверхности забегали молнии. И вот в таком состоянии она упала прямо на Кошмара.

Тот был в процессе восстановления и не стал уклоняться. Кошмар выстрелил сотнями жгутов из своего тела, которые сформировали смолистый блестящий щит. Раздался грохот — моя цепь врезалась в этот щит, проломила его и воткнулась в тело монстра.

Я в это время вытянул обе свои руки, которые были покрыты глубокими ранами. Из них непрерывным потоком вырывалась кровь, которая закручивалась передо мной в гигантскую сферу, с каждым мгновением становясь всё плотнее. Я воспламенил эту сферу, и алое пламя охватило её целиком, а затем резким движением выстрелил ею прямо в то место, где продолжала грохотать и бушевать энергия.

Раздался оглушительный взрыв. Воздух раскололся, и во все стороны разошлась ударная волна, смешанная с кровавыми всполохами.

Следом, выделив из себя ещё больше крови, я выпустил с обеих рук дуги молний. Они, извиваясь в воздухе словно живые змеи, вонзались в эпицентр пылающего хаоса. Грохот стоял страшный, мир вокруг пылал и трясся.

Миазмы на континенте частично рассеялись. Чумной туман, который ещё недавно казался непроницаемым, теперь расходился в стороны огромными прорехами. На мгновение я увидел сквозь них поверхность мёртвой земли — потрескавшуюся, усыпанную костями и обугленными остовами каких-то строений.

Несколько облаков скверны отлетели от ударных волн, частично разрушаясь в процессе. Вниз градом падали алые молнии, каждая из которых выпускала страшную разрушающую энергию. Там, где они врезались в землю, вспыхивали ослепительные шары, уничтожавшие сотни, если не тысячи чумных монстров за раз.

Рёв Кошмара и предсмертные вопли тварей сливались в единый жуткий хор.

Наконец, когда эта феерия энергии завершилась и пыль начала оседать, мы с Бориславом увидели Кошмара. Точнее, то, что от него осталось, — жалкий дымящийся огрызок, искрящийся и дёргающийся в воздухе. Чёрная смолистая субстанция, составлявшая его тело, теперь стекала каплями, оставляя за собой шлейф из гаснущих искр.

Он был сейчас размером с человека, хотя изначально имел размеры небольшого холма.