Гроссмейстер посмотрел на меня оценивающим взглядом. И сказал:

— Каждое использование скверны приближает разлом. Ты только что сократил срок его возникновения до двух недель.

Теперь голос Сына Горя звучал ровно. Так я в своё время сообщал нерадивым студентам об отчислении.

— Будет весьма прискорбно, если ты не успеешь в своё поместье.

Гроссмейстер уже собирался шагнуть в портал, когда я поспешно спросил:

— Почему меня выбросило именно в этот дом? Я же должен был вернуться в точку входа.

— Твой источник заполнен скверной. Теперь любая пространственная магия будет выбрасывать тебя в ближайшую точку концентрации горя.

Он шагнул в портал, и тот схлопнулся.

С неба повалили крупные хлопья снега. Я передёрнул плечами. Футболка на голое тело совсем не грела.

Из-за поворота к воротам поместья выскочил командирский бронеавтомобиль и резко затормозил.

Я задумчиво посмотрел на него. Усталость давила, как бетонная плита. А если за две недели не доберусь до родового поместья, она станет надгробной.

— Ждите здесь, — глухо приказал охранникам, державшим на руках девочек.

Сам вышел за ворота.

Из броневика первым выскочил Мышин, следом Ордынская. Из-за поворота показалось ещё несколько машин.

Поняв, что драки не будет, я плюхнулся на скамейку у ворот. Мне было уже всё равно, что она мокрая и холодная. Глаза закрывались сами собой.

Сквозь нарастающую усталость видел, как Мышин, даже не взглянув на меня, бросился к девочкам. Ордынская что-то спрашивала. Я что-то отвечал. Но силы утекали.

Последнее, что ещё уловил, — как меня укладывают на заднее сиденье бронеавтомобиля.

Затем сознание провалилось в сон.

Берег озера. Тонкий первый лёд только начал сковывать воду у кромки. В центре озера она вспучилась горбом.

Горб выпустил не прекрасную девушку в шлейфе брызг и даже не стандартного дракона. Ступая по воздуху, оттуда вышел молодой парень.

Стоило взгляду задержаться на нём, как парень начинал течь. Словно тысячи людей ежесекундно сменяли друг друга.

Там, где он ступал, мир переставал жить по законам мироздания. Вода становилась камнем и пыталась улететь. Воздух собирался в мыльные пузыри и тонул.

Разноцветные, постоянно меняющие цвет глаза уставились на меня.

Парень одновременно плакал и смеялся.

— Опять медведи встали на моём пути.

От звука его голоса хотелось заткнуть уши. Он звучал хором целой толпы, сжатой в одном человеке. Парень захохотал и одновременно зарыдал.

— Беззащитен, — его рука с то появляющимися, то исчезающими пальцами указала на меня.

Моё тело растеклось прозрачной лужей и устремилось вверх. Там я увидел Алису. Язвы медленно разъедали её тело. Рядом стоял Медвежуть.