Трофеи: 50 000 рублей.

Итого: 1 250 210 рублей.

Расходы:

Рысев. Экипировка и сопутствующие расходы: 55 000 рублей.

Рысев. Зарплата: 20 000 рублей.

Журдегденик: 10 000 рублей.

Марк: 10 000 рублей.

Отто: 10 000 рублей.

Помощь семьям погибших: 40 000 рублей.

Прочие расходы: 5 000 рублей.

Итого: 150 000 рублей.

Я поднял голову.

— А твоя зарплата?

Тайво равнодушно пожал плечами.

— Мне её не обозначали.

Я кашлянул, прочищая горло.

— Тогда тот червонец, который я тебе только что дал, считай зарплатой и премией.

Тайво кротко кивнул. И вдруг смущённо попросил, выкладывая на сиденье кожаный кошель и вынимая из него свой червонец:

— Прошу забрать червонцы к себе, — он вздохнул. — Носить такую сумму мне страшно.

Теперь кивнул я. Убрал кошель в инвентарь.

С переодеванием я закончил, и прохладный ветер первых чисел ноября был уже не страшен.

— Где мы находимся? — спросил я, кивнув в сторону бронестекла.

Понятно, что на наземной парковке. Но по крышам домов за бетонным забором место не определишь.

— Мы на внутренней парковке «Метрополя».

Здесь было неприлично тихо. Стоило нам выйти из бронеавтомобиля, как дверца стоящего неподалёку роскошного седана распахнулась. Наружу выбрался молодой человек лет двадцати. Мундир, увешанный наградными цацками, сидел на нём как влитой.

На роже красавчика читалось, что он абсолютно и безоговорочно является украшением этого мира.

Подойдя, молодой человек ограничился небрежным кивком:

— Аркадий Борзой. Поручик Его Императорского Величества.

Это было произнесено с таким пафосом, что у меня заныли зубы.

— Ну и чего тебе надо, порученец?

Краем глаза отметил, как Тайво тихо-тихо скрылся из виду. Вот насколько он незаменим как управленец, настолько же плох в качестве бойца.

— За оскорбление дамы, — заголосил Аркадий, — вызываю вас на дуэль!

Он содрал с руки белую перчатку. Бросил её мне под ноги. И встал в позу памятника самому себе.

— Здесь и сейчас.

Из седана вылезли ещё четыре молодых гвардейца. Такая же парадная, не для боя, форма и лица, не отягощённые интеллектом. Компания молодых повес, привыкших, что всё выполняется по их желанию.

От входа в отель тем временем подошли крепкие мужчины в штатском. Обычные серые пальто смотрелись на них убедительней любого мундира.

— Аркашка, — устало произнёс один. — Ты опять?

— Я защищаю честь правящей семьи, — твёрдо глядя в глаза подошедшим, отчеканил Аркадий. — Прошу не вмешиваться.

Мне стало тоскливо. До конца света две недели. А меня пытаются втянуть в подростковые игры выросшие при дворе балбесы.

Я шагнул к мужчинам в гражданском.

— Господа, мне необходимо срочно увидеть Императора.