Не знаю, откуда я нашёл силы. Поднял руку и швырнул меч в тварь, словно ребенок кинул палку в чересчур злобного гуся. Не знаю когда, но я интуитивно использовал «Праведный гнев», и клинок, вращаясь, сверкающим диском устремился к противнику. Удар, и левую руку твари вместе с частью туловища срезало, словно бритвой. И крик тут же оборвался, перейдя на жалобный вой.

Сварга, видать, приложило знатно, он всё ещё катался по земле, затыкая лапами уши, и яростно порыкивал. А вот мне резко стало лучше. Да, в ушах ещё стоял гул, словно я стою под звонящим тревожным колоколом, но дикая боль ушла.

Всё это время я двигался вперёд, даже когда тварь визжала, лишь сбился с шага, чуть замедлившись. Подойдя вплотную к пытающейся отползти от меня одержимой, правой рукой схватил щит за верхний край и с силой, припадая на колено, обрушил его нижней кромкой на голову твари. Та попыталась уклониться от удара, но сделала только хуже, он пришёлся на шею, напрочь отделив голову от тела. Хорошо, что я не расслабился после такой удачи, успев перехватить оставшуюся при теле руку, которая метнулась к моей шее.

Сила в ней была огромная. С умением, в три раза превышающим мои силы, плюс вес моего тела в броне, я едва сдерживал кисть у своего горла. Сил крикнуть бойцам, чтоб подсобили, у меня уже не оставалось, все ушли на борьбу с тварью. Да и сомневался я, что кто-то в состоянии осознанно двигаться после крика навки. И всё же я ошибся.

— Хек! — раздалось за спиной, и в плечо твари врезался здоровенный молот воеводы, дробя и расплющивая кости. Мне тут же удалось отбросить ставшую безвольной конечность одержимой.

— Княже, ты нас что, для погляду пригласил с собой, чтоб мы наблюдали, как ты с врагами разбираешься? — я только собрался открыть рот, чтобы в доступной форме ответить на подколку Трогарда, когда от тела навки стало подниматься чёрное марево. Оно выглядело как маленький смерч, только воронкой кверху. И вот эта воронка своей острой вершиной склонилась в сторону кузнеца, потянувшись к нему. Сразу поняв, что происходит, я встал преградой между бестелесным демоном и Трогардом. Ну что ж, как там меня учил брат-охотник?

— Отец Сварог, позволь ярости моей стать солнечным светом, выжигающим скверну Кривды.

Секунда, другая, казалось, что ничего не изменилось. Демон по прежнему пытался дотянуться до Трогарда, огибая преграду в моём лице и одновременно не разрывая связи с телом навки. Но вот, наконец я дождался!

Пространство вокруг словно озарилось солнечным светом, пронизывающим всё сущее. Нематериальная тварь задёргалась, пытаясь покинуть неприятное место, но связь с дочерью Нави была крепка. Спрятаться в теле демон тоже не мог, так как свет проникал даже в камень.