Мои спутницы, Дарья, Славия, Агнета и Лисенок, стояли рядом, их лица были полны решимости.

— Готовы? — спросил я.

Спутницы кивнули.

Я кивнул, сердце колотилось в груди.

— Тогда идём, — сказал я, и мы шагнули в портал.

Свет ударил по глазам, закружило голову.

Портал заискрился, зеленый свет заполнил всё пространство. Мы вошли дальше, и мир вокруг растворился. Вспышка! Я увидел яркую, ослепительную белизну, которая мгновенно сменилась бешеной чередой разноцветных пятен. То был водоворот образов, не поддающихся логике: кружащиеся спирали из красного огня, мерцающие тени, искаженные лица, прозрачные крылья, пролетающие в пустоте. Всё это пронеслось в моей голове, как кадры на бешеной скорости, не давая времени сосредоточиться.

Я не понимал, где я, кто я, что это вообще такое. Мир вокруг был хаосом из света, звука и невнятных форм. Словно меня перемололи в блендере, а потом выбросили наружу, уже не совсем человеком.

Мы падали в пустоту, время словно растянулось, а потом — резкий толчок, холодный воздух, и мы оказались внутри знакомой башни.

— Дома! — выдохнула Дарья.

Но радоваться было рано.

Грохот металла о металл и крики солдат раздались за поместьем. Наша усадьба была окружена армией противника во главе с моим братом Борисом, чей разум был захвачен гусеницей. Противник ждал, когда я исполню свое обещание и отдам им Искариота.

Прежде чем выйти к противнику, я проверил оружие. И неприятно удивился. У меня остался один патрон. Черт! Все остальное потратил, когда бился с демонами Искариота. Один патрон… значит ошибки не должно быть. Впрочем, я же стрелок. У меня есть особый дар. Я не промахнусь. Не должен промахнуться…

Сомнения внезапно навалились, заставив удивиться. Что за черт⁈ Когда это я сомневался в себе? Никогда. А сейчас… это от волнения и навалившейся усталости. Я рискую не только своей жизнью, но жизнями других людей.

Я глянул на своих спутниц. Они подставлялись под удар, рисковали ради меня. И я не имею права сейчас промазать.

И я не промахнусь.

Мы вышли из башни, прошли мимо обломков Купола, который еще совсем недавно сдерживал мощный поток атак. Теперь же ничего не защищало нас, кроме того, что мы сказали, что освободим Искариота.

Освобождать Искариота конечно же никто не собирался.

— Ну вот ты и вернулся, герой, — прозвучал голос Бориса, полный хриплой уверенности. — Ты выполнил свое обещание? Привел нам Искариота?

— А если скажу, что нет? Лопнешь от злости?

Борис хмыкнул, его взгляд был насмешлив, но в глубине его глаз я увидел холодную ненависть.

— Тогда ты нарушил клятву, — произнес он, и его голос был ледяным. — А за невыполненные обещания придется платить. Твои друзья умрут на твоих глазах очень мучительной смерть, а потом и ты…