Раз нельзя попасть внутрь, то Кутузов будет действовать отсюда. Особого выбора у него нет.

Он отошел от входа на десять шагов. Все вокруг посмотрели на Кутузова, ощутив влияние его мощной ауры, которая разлетелась в округе.

Канализационные люки вокруг задрожали. Асфальт под ногами Кутузова завибрировал — под землей проходили трубы, в которых резко возросло давление.

Асфальт растрескался, вверх поднялись потоки воды.

Кутузов направляет их прямо вверх — к огню. Несколько тонн воды окружили здание куполом. А затем из него пошел крупный дождь.

Он длился полчаса, за которые полностью потух огонь, занимающий огромную площадь.

После чего купол обвалился на землю, разбрызгавшись вокруг.

Люди зааплодировали, а Кутузов шумно выдохнул, сбрасывая напряжение, потушить огонь было не столь сложно, как удерживать в воздухе несколько тонн воды.

К Кутузову сразу подбежали журналисты, которые снимали на камеры весь процесс тушения пожара.

— Скажите, как вам это удалось? — спросила у него миловидная девушка.

— Я выполняю приказ Дмитрия Романова, — ответил он.

Больше Кутузов ничего им не говорил, а иначе бы он здесь задержался надолго.

Вернувшись к служебной машине, младший Разумовский поехал обратно во дворец. На полпути ему поступил звонок от Дмитрия Алексеевича:

— Молодец, хорошо справился, — сказал ему Романов.

— Благодарю, мой император, — с легкой улыбкой ответил Кутузов.

— Знаешь, кто это сделал?

— Еще не разобрался.

— Это был твой отец.

— Понял. Он как всегда поступил мелочно.

— Отправляйся в свой кабинет, к тебе зайдет человек от меня и передаст информацию. Хочу, чтобы ты устроил потоп в одном месте.

— А могу ли я сейчас получить информацию?

— Частично. Место, которое нужно затопить, принадлежит твоему отцу и находится в старых коллекторах.

— Отлично! Тогда я вымою оттуда всю заразу.

* * *

После прилета в столицу я сразу отправился во дворец. Привел себя в порядок и направился к старшему Разумовскому, который находился в своем кабинете. Он, как и любой государственный служащий, проводил там большую часть рабочего времени, и мне после нашего разговора, тоже предстояло вернуться к делам, но мои вопросы обещали быть куда более интересными.

— Здравствуйте! Хорошо отдохнули? — первое, что спросил я у канцлера.

— Благодарю, достаточно хорошо, — ответил Виктор Степанович, продолжая есть греческий салат — так он показывал мне свое безразличие.

— Как здоровье? У вас же были какие-то проблемы, именно поэтому вы взяли отпуск.

— Мое здоровье в полном порядке. Не переживайте, Дмитрий, — сухо ответил он.

Хотя чувствовалось, что Разумовский уже хочет закончить закончить этот разговор. Он хорошо скрывал эмоции, но я хорошо умел читать людей.