— Серьезно, Федь, успокойся… Ты будущий император или кто? — настойчивее попросил Евгений.

— Каким мне еще быть, когда в вашем дворце происходит такое?

— Мы в несколько раз усилили охрану, не говоря уже о том, что у дверей стоит почти вся твоя гвардия.

Однако это Федора не утешало никоим образом. Тот, кто оставил предупреждение, проник незаметно, несмотря на всю охрану дворца, а она, и без усиления, была немаленькая.

— Я считаю, что это не более чем устрашение от конкурирующих групп, — продолжил Евгений Казанцев. — Не мог твой младший брат лично проникнуть сюда, да и подослать никого не мог — у него нет ни таких сил, ни необходимых ресурсов.

— Уже не знаю, что и думать. Мой брат… — Федор замолк, он не был уверен в своих выводах, они казались слишком нелогичными, ведь он знал Дмитрия с самого его рождения. — Все стало слишком непонятно. Гвардейцы мертвы — работал настоящий профессионал.

— Повторяю еще раз, у твоего брата никак не может быть профессионалов такого уровня.

— Скорее всего, это… — начал Евгений, но осекся.

— Говори, раз начал, — настоял Федор.

— У меня есть предположение, что это кто-то из наших… из нашей коалиции. Возможно, кто-то решил тебя поторопить, такое бывает, сам понимаешь, у нас в объединении не самые добрые и терпеливые люди.

Это Федор хорошо понимал — все, кто его поддерживал, так или иначе жаждали войны. Они не видели иного пути для развития Российской империи.

Причем, чем дольше продлится война, тем выгоднее это будет для империи. В стране всегда будет введено военное положение, заводы реформируются под военное производство, прокачается и увеличится армия.

Союзники жаждали расширения территории империи и новых земель для аристократии, а вместе с этим и новых возможностей для заработка. Империя бы обложила соседние государства данью, как это делали в древности.

Конечно, зачем отдавать миллионы рублей на содержание того, что уже есть в империи, если можно захватить чужое и заставить иностранцев там работать… Да и на свои предприятия можно переправить эту рабочую силу, что крайне выгодно для русских аристократов. С бывших иностранных производств можно будет отбирать восемьдесят процентов дохода и ресурсов.

Федор мыслил ровно также, как и его союзники и считал войну единственным оптимальным способом для развития империи. Но цесаревич не понимал, почему покойный отец, зная какие проблемы Российская империя испытывает в самых разных сферах, пытался решить их иначе. Одна быстротечная война могла решить все!

Империя всегда славилась своей армией и воинствующими аристократами… они слишком долго ждали.