— Хушрав, как дела? Все ли хорошо? — с ухмылкой начал Нарин Сурави.

— Да, господин — все хорошо, — кивнул мужчина тридцати четырех лет. — Работаю над заданием, которое вы мне дали.

Он говорил почтительно, делая вид, что совсем не понимает, зачем пришел начальник.

— И тебя ничего не смущает? — продолжил Нарин Сурави.

— Нет, — помотал он головой. — В сроки я укладываюсь, если вы об этом.

Хушрав сделал растерянное лицо, но Нарин Сурави ему не поверил, продолжая гнуть свою линию:

— А ты подумай. Хорошо подумай.

Разведчик сглотнул и сделал задумчивый вид.

— У вас появились какие-то особые пожелания по выполнению задания? — предположил он.

Нарину Сурави уже начало казаться, что Хушрав совсем дурак, раз не понимает явных намеков. Начальник тяжело вздохнул.

— Ты правда не понимаешь, что случилось? — спросил он у разведчика.

— Не понимаю, — помотал головой Хушрав.

— Хушрав, вот скажи, зачем ты так поступил? Я тебя уже пятнадцать лет знаю. Да твои родители знают тебя хуже, чем я!

— Как поступил? — голос разведчика дрогнул.

Маска постепенно начала трескаться.

— Вот ты мне и скажи, — развел руками Нарин Сурави.

— Простите, я вас совсем не понимаю, — понизив голос, ответил Хушрав.

Нарин Сурави надоело играть в эту игру, и он раскрыл карты:

— Мы знаем, что ты сливаешь информацию имперцам.

Начальник этого отдела разведки был оскорблен и расстроен подобным поступком Хушрава. Ведь особенно обидно, когда предают те, от кого этого никак не ожидаешь.

Но Нарин Сурави работает здесь уже двадцать лет, и чего он только не повидал. Как-то раз ему пришлось лично казнить своего троюродного брата за предательство. После этого его душа очерствела, и морально он был готов ко всему.

Случай Хушрава был похож на тот, что произошел с его братом. Только этого человека Нарин Сурави знал куда лучше, чем своих собственных детей. А потому никак не мог понять, что заставило его пойти на предательство. Ведь Хушрав был одним из лучших разведчиков, у него достойная оплата, а должность считалась в его семье почетной. Так что еще ему было нужно?

— Я ничего не сливал, — уперся Хушрав.

— Ты был мне, как сын, — печально произнес Нарин Сурави, и один из стоящих за его спиной протянул ему папку.

Начальник бросил ее на стол со словами:

— А вот и доказательства.

— Меня кто-то подставил! — возмутился Хушрав, даже не открыв документы.

— Нет, — помотал головой Нарин Сурави, и со сталью в голосе продолжил. — Подставные сведения были лишь у троих людей. И все указывает на тебя.

Вдруг Хушрав резко изменился в лице. Из растерянного оно вмиг стало серьезным.