— Можно начинать действовать! — командую Кутузову.

— Понял, — кивнул он и отправился к гвардейцам.

Все они были хорошо обучены и умели обращаться с любой военной техникой, а потому сейчас заберут управление.

— Все готово, — сообщил Кутузов, минут через десять.

Гвардейцы справились довольно быстро, и техника была готова к перегону для наших целей.

— Отлично, бери командование на себя, — велю я.

— С радостью, — улыбнулся Кутузов.

* * *

Персидские военачальники сидели за круглым столом. Сегодня здесь собрались те, кто отвечали за нападение на приграничные территории Российской империи.

— Сейчас начнется операция, — предупредил всех Ардашир Рахими — тот, кого визирь назначил главным за операцию вторжения. — У нас с вами самый ответственный район. Сейчас самолеты отправятся к своим целям, а затем полетят уже в другие районы. Сразу после воздушного удара войска пойдут на штурм.

— Готовность пять минут! — сообщил тот, кто отвечал за самолеты. Это был седоволосый мужчина по имени Бахрам Карими.

Рядом находился оперативный штаб, связь с которым осуществлялась через динамики. И военачальники ждали начала операции.

— Истребители вылетели, — раздался из динамиков голос оператора, координирующего вылет военных судов.

— Это последняя разработка «Пустынный верблюд», — пояснил Бахрам Карими. — В этой операции было решено использовать новейшие самолеты.

— Одобряю, — кивнул Ардашир Рахими.

А другого ответа Бахрам Карими и не ожидал. Ему было приказано действовать наверняка, а такое могли совершить только новые самолеты, форма которых издалека напоминала верблюда, отсюда и название. Вообще арабы любили давать технике названия в честь животных и растений, характерных для пустыни.

— В них размещены самые мощные боеголовки из всех, что у нас есть, — добавил Бахрам Карими.

Начальник кивнул. Но Бахрам Карими знал, что его не столько интересует способ, сколько результат.

— Через шесть минут истребители будут у первой цели и произведут первый залп, — сообщил он довольному начальнику.

Однако через три минуты оператор сообщил:

— Пятнадцать самолетов пропали с радаров одновременно.

— Что? Как такое возможно? — опешил Бахрам Карими.

Начальник тут же нахмурился. Потерять пятнадцать самолетов новой разработки — непозволительная роскошь.

— Сейчас разбираемся, — спешно ответил оператор.

Бахрам Карими поднялся, а следом за ним и Ардашир Рахими. И они оба направились в координационный центр, что находился в соседнем кабинете.

— Еще шесть самолетов пропали с радаров, — сообщил оператор, только они подошли.

Мужчина выглядел мрачно, словно опасался, что его самого накажут за исчезновение воздушных судов. Хотя его задача заключается лишь в координации.