— А ваш кот всегда так умел? — ошарашенно спросил Конрад фон Мартиниц из-за барьера.

— Нет, — помотала головой Маргарет. — До встречи с Дмитрием Романовым, мне кажется, не умела. Да, Вафелька? — она посмотрела в большие серые глаза и увидела в них понимание. — Но ничего, меня всё устраивает.

Теперь Маргарет понимает, о чём недавно говорил Дмитрий Романов. Что-то он в Вафельке изменил… Возможно, активировал какой-то скрытый дар или подарил новый — она не могла знать наверняка. Но какие-то манипуляции он с ней совершил. Хотя… так даже интереснее.

* * *

В Скопье продолжались бои, но всё происходящее сложно было назвать серьёзным по сравнению с тем, что недавно творилось в Российской империи. Алжирцы явно не ожидали моей помощи и не были готовы.

Зато я был прекрасно готов к такому повороту. Было логично, что после заключения союза с Македонией её попытаются уничтожить. Причём в первую очередь. Решат, что это сделать куда проще, чем победить меня. И конечно, откуда врагам знать о моих резервах, которые сегодня и вышли на улицы города Скопье?

Увидев происходящее, македонцы сразу воодушевились. С другого конца штаба донеслись разговоры связистов:

— Вау! Да они от них мокрого места не оставят.

— Неужели у нас в союзниках целая армия? Это не шутки?

— Нет, ты же видишь.

Они не могли знать, что моё физическое усиление развито настолько, чтобы их слышать.

На самом деле македонцы — очень воинственная нация, но весьма любят справедливость, а потому стараются быть выше этого. Сторонятся зла и всегда встают на сторону беззащитных. Идут отстаивать свои интересы огнём и мечом.

В прошлом македонцы были отличными воинами. Особенно в то время, когда ими правил Александр — предок нынешнего короля. Сейчас же они неплохие солдаты.

— Это уже перебор… — помотал головой Теодор Пиррос, вырывая меня из размышлений. — Вы перебросили сюда слишком много войск. Столько не надо. Можно их вернуть обратно на те позиции, где они были.

Он говорил так, словно переживал, что после победы над алжирцами я сам начну захватывать Македонию. Но нет, я никогда не предам своих союзников или друзей. Это не в моих принципах. Да и зачем мне Македония, когда Российская империя ведёт войны в стольких направлениях? Нам хватит той земли, которая достанется оттуда. При том, что изначально я хотел, чтобы империя оставалась в своих границах.

— Они ровно на тех позициях, где нужно, — спокойно ответил я. — Нужно ещё подождать.

— Но кого вы ждёте, Дмитрий Алексеевич? — недоумевал Теодор Пиррос.

— Того, кто первый придёт сюда.

— В смысле? — король широко распахнул глаза.