— Почему они не уничтожены? — адмирал повысил голос. — Что у них за барьеры?

Никто не мог ответить.

— Смотрите, один корабль дымится! — указал один из операторов.

Генрих фон Дюпон тут же подбежал. Но тут же его настигло разочарование, поскольку оператор быстро осознал свою ошибку:

— А, нет. Не дымится, адмирал. Это они двигатели прочищают.

— Последний нюанс, — заявил Генрих фон Дюпон и выпрямился. — Всех Одарённых на верхние палубы! Ударьте вообще всем, что есть. Им остался последний вздох. Добейте их.

— Есть! Добить их!

* * *

Я с улыбкой смотрел на мониторы в капитанском штабе, где отображались все показатели моих кораблей.

Все барьерные энергетические установки выдержали атаку врага. Ни один корабль не потоплен. Ни один не выведен из строя полностью.

Конечно, все прошло не до конца гладко, всё-таки по нам открыли мощнейший огонь. Мы местами отстреливались, скорее для вида. Но очень быстро прекратили пальбу, чтобы впустую не расходовать боезапас.

Однако запасы прочности у барьеров моих кораблей практически не осталось. Индикаторы светились тревожным красным на всех судах. Сейчас у всего флота показывается, что осталось меньше пяти процентов защитных экранов.

Ещё один серьёзный удар, и барьеры схлопнутся.

А у противника, судя по всему, практически не осталось боеприпасов. Зато мы практически полные. Особенно если учесть, что я в любое время могу открыть портал на корабль-склад и там пополнить запасы. Мы делали это после каждого массового выстрела.

Самый опасный момент, когда германцы вели по нам огонь, был с торпедами. Они сразу очень мощно просаживали энергетические барьеры. Торпеды бьют ниже ватерлинии, туда, где барьеры слабее всего. Поэтому, когда первая волна самонаводящихся снарядов пошла к нашим кораблям, я действительно напрягся.

Но хорошо, что под некоторыми нашими судами были установлены артефактные торпедоперехватчики — небольшие автоматические аппараты, способные засечь приближающуюся торпеду и уничтожить её контрзарядом. Плюс к этому, у нас хорошие сенсоры, поэтому мы немного маневрировали во время атаки.

— Ваше Императорское Величество! — подошел ко мне адмирал Покровский. — Противник снова что-то готовит. Смотрите, на их палубах какое-то движение.

— Хорошо, — кивнул я и продолжил наблюдение.

И в один из моментов увидел, что германцы выпустили со своих кораблей дроны. А еще на борту каждого корабля собирается множество людей, которые готовят что-то массовое.

Вскоре они начали запускать в нас огромные огненные шары. Другие поднимали потоки воды. Кто-то вовсе обращал воду в острейшие ледяные копья. Некоторые разряжали в небо электрические дуги.