— Тяжело не догадаться, — в замешательстве потёр я переносицу, — мне теперь ещё одно обвинение ждать? В нарушении религиозных канонов?

— Да как сказать, — император криво улыбнулся, — вы не скрываете, что почитаете одного бога, но выполняете задание другого. С точки зрения кровных уз, вас можно понять. Любой, к кому явится бог и даст задание, хочет он или не хочет, но возьмётся за его выполнение. Жить захочет и возьмётся! Но у вас это получается настолько феерично, что вы по ходу дела принцесс спасаете, родовые войны выигрываете и прорывы шестого уровня закрываете. А потом ещё и на всю страну празднуете! Скромнее надо быть, Михаил Юрьевич, скромнее.

— Прошу простить некоторую неучтивость, но неужели мне нужно было не спасать принцесс, подохнуть на войне и проигнорировать свои прямые вассальные обязанности, чтобы не привлекать излишнего внимания? — я сейчас был абсолютно серьёзен, понимая, как выглядит моя история со стороны. Малолетний выскочка, как есть. — Я во всех этих ситуациях просто пытался выжить любыми доступными способами и спасти ни в чём не повинных людей.

— Я это понимаю, и некоторые посвящённые в подробности высокопоставленные люди тоже, но ведь всем на роток не накинешь платок, — император хмурился, машинально вращая на пальце перстень с родовым тотемом, — слухи о вас распространяются, словно лесной пожар. Молодежь от вас без ума, а старшее поколение уже давно бы отправило на костёр как потенциально опасного сразу по двум обвинениям. Лишь благодаря стараниям Данилы Андреевича и баронессы Комариной удалось ситуацию с двоебожием использовать в качестве оправдания в двоедушничестве. И поверьте, каждое ваше действие рассматривалось столь всесторонне, что, если бы комиссия хотя бы на секунду усомнилась в вашем ментальном здоровье, даже мой сюзеренитет вам бы не помог.

Я тихо переваривал услышанное. Складывалось ощущение, что смерть снова прошла на волосок от меня, похлопав по плечу, и удалилась до следующей встречи. Одного я не мог понять, поэтому рискнул задать вопрос императору:

— А каким образом подозрение в двоебожие смогло снять с меня обвинение в двоедушничестве?

— То, что я вам сейчас скажу, должно остаться строго между нами, — сверлил меня взглядом Пётр Алексеевич, — сие есть государственная тайна. Клятву с вас брать бесполезно, вы и так под высшим приоритетом, но предупредить я был обязан, — получив мой молчаливый кивок, он продолжил, — основное обвинение против вас в двоедушии — резкий скачок потенциального и фактического уровня магического развития за краткий период времени. Кроме попадания чужой души, такое может объясняться пропуском через своё энергетическое ядро божественной благодати нескольких богов, что, судя по всему, с вами и произошло. Свидетели подтвердили использование вами артефактов божественной природы: зуба Фенрира и грозди Винограда, что можно смело приравнять к поднятию двух уровней. Третий гипотетически вы подняли в процессе выгорания при закрытии прорывов в Малых Трясинках.