— Да уж, девонька. Попала ты, как кур в ощип. Даже у меня ситуация была попроще, — Лавиния криво ухмыльнулась, обдумывая услышанную информацию. — Убила?

Кирана отрицательно мотнула головой, сжимая кулаки до побелевших костяшек пальцев.

— Когда он ко мне полез, то мои магии смешались в единственном возможном варианте защите при магических блокираторах, и громыхнул взрыв. Мне повезло освободиться, но этот кобель был жив. Я ему только по морде да по яйцам лупила, чтоб не повадно было. От такого маги девятого ранга не мрут. А потом брат меня нашёл.

— Брат? На тайной тропе? — у Лавинии глаза стали размером с пятирублёвую монету. — Один?

— С нашими людьми.

— Убил?

Кирана снова отрицательно покачала головой.

— Он не глупый. Прекрасно осознаёт, какими проблемами это обернулось бы как для нашего рода, так и для страны, — Кирана снова задумалась на некоторое время. — Думаю, что он его специально оставил одного в этом подземелье живым. Ведь так ни один ментал или ментатор не сможет подтвердить убийство Михельса. А сам датчанин смог бы со временем прийти в себя и уйти. Вряд ли он поднял бы скандал, ведь ментальная проверка была бы на моей стороне. Но если бы такое случилось, то у брата был бы официальный повод для дуэли или войны родов.

— Ты же понимаешь, что была бы опорочена? — Вулканова специально допытывалась у девушки до её истинных мыслей.

— Не самый плохой вариант в моей ситуации, не находишь? — кисло улыбнулась магичка. — Меньше претендентов на руку будет.

— И больше швали среди претендентов, — не удержалась Лавиния, в целом признавая, что императорская семья вряд ли тогда наложила бы лапу на «порченую» невесту. Какой-то смысл в этом был. — То есть, когда вы покидали подземелье, Михельс был жив?

— Был, стонал и, кажется, матерился на датском, но это не точно, — впервые светло улыбнулась охотница, отчего лазурь на лице засияла ярче.

— А что с женщиной? Должна была быть ещё магичка моего уровня. Стихия показывала бой с ней, — Лавиния в голове сопоставляла информацию, полученную от Комариной и показанную ей стихией на тропе и возле форта. Пока, как ни странно, противоречий не было.

— А вот по магичке подробно рассказать не могу, — развела руками девушка. — Я тогда ещё с датчанином устанавливала тесные международные связи. Но брат говорил, что пришла одержимая, пёрла напролом без разговоров, захватила трёх девушек из деревни и пыталась казнить. Наши маги ей ничего сделать не могли. Но одна из девушек имела жениха мага-смерти, едва инициированного. Он-то за зазнобу и вступился. А когда магичка осыпалась, из неё скверна полезла. Брат заразился, еле выжил. Земля на том месте заражена. Мы оцепили, но что-то сделать с этим не можем, и помощи не попросить, ведь тогда всё вскроется. Мы даже не знали, кто та одержимая.