Он вынул нож из-за голенища сапога и склонился над девушкой, желая срезать лишнюю одежду и насладиться зрелищем и вкусом молодого женского тела. О, он будет иметь её, пока она не закричит от боли или удовольствия. Упиваясь собственными фантазиями, Михельс внезапно почувствовал чужой взгляд. Он резко отстранился и заозирался по сторонам. Невозможно. Это его подземные тропы, их может отыскать только Ингрид, но она была ещё далеко. Михельс чувствовал её где-то северней, за полсотни километров от него.

Ощущение чужого взгляда исчезло так же быстро, как и появилось. Решив, что ему показалось, Михельс вернулся к своему прерванному занятию. Тьма тропы надёжно скрывала все его движения, но не была преградой для ночного зрения высокорангового мага. Он лоскут за лоскутом, шкуру за шкурой срезал с дикарки одежду, растягивая собственное удовольствие и не прикасаясь к ней. Нет. Он войдёт в неё без подготовки, раз и навсегда сделает своей рабыней, а с рабынями не пристало нежничать.

Князь отстранённо заметил на теле дикарки обилие шрамов, закрашенных татуировками. Атлетическая тренированная фигура была едва ли не лучше, чем у рюгенца, но проблески здравого смысла уже вовсю перекрывались нетерпеливой похотью.

Торопливо расстегивая пуговицы на брюках, князь навис над распростёртой девушкой, но стоило ему лишь прикоснуться к её коже, пытаясь развести ноги пошире, как по коже девушки побежали разноцветные огоньки. Алые и синие всполохи вспыхивали и исчезали хаотично, словно играли в салочки друг с другом.

«Невозможно! — мелькнуло недоверие в мыслях у Михельса, — Она же отрезана от магии!»

Но стоило ему об этом подумать, как с двух сосков в ложбинку между грудей скатились алая и сапфировая капли, сливаясь в единое целое. И грянул взрыв.

* * *

Агафья спинным мозгом чувствовала, как приближаются неприятности. И на сей раз ранг их был значительно выше, чем барон Крысин со своей наёмной армией. А ведь прошло всего ничего с момента окончания клановой войны. И снова Хмарево сотрясают неприятности. Земля под ногами качнулась, вторя мыслям вампирши. Сперва несмело, а затем всё сильнее и сильнее трясло всё вокруг.

— Какого хера! — воскликнула Агафья, и не только она. Здесь отродясь не было землетрясений. Старый барон проверял даже тектонику собственных родовых земель. Уж на что была дотошная сволочь.

В поместье затрубили сигнал тревоги. Долгий, протяжный. А земля под ногами пошла волнами, словно от брошенного в воду камня.

— На три часа от Хмарева патруль заметил что-то странное! — неуверенно доложил Паук Агафье.