Алтарь встретил меня в задумчивости.

— Ты выглядишь явно лучше, чем прошлый раз. Нашёл лечение?

— Нет, скорее, временное отсрочивание проблемы, — не стал я скрывать. — Практикую магию крови без остановки.

Алтарь задумался и даже ушёл в себя, но вскоре отмер.

— Ладно, давай тебя почистим от этой дряни. А то не хватало ещё в самый ответственный момент погореть на такой мелочи.

* * *

Сам сеанс очищения от остатков магии Эквадо Тортугаса я помню слабо. Единственное, что запомнилось, мне не было больно вообще. Я даже удивился этому, ведь все предыдущие метаморфозы с участием алтаря были мечтой мазохиста. Алтарь подслушал мои мысли и счёл нужным объяснить:

— Чужая магия — как ядовитый дым в комнате, его следует выпустить, и он развеется. Да, повреждения она успела нанести, но не критичные. Связи души и тела восстановятся. Сложнее будет твоей сестре. На неё яд действовал дольше. И ей придётся искать собственный путь выхода из ядовитой комнаты.

Я же болтался в воздухе обвитый сотнями присосок. Впечатления так себе. Ощущение, что меня сначала надули магией Эквадо, как лягушку через соломинку, а потом решили сдуть таким же образом. Я видел выходящую из меня муть. Её было всё меньше и меньше. И, в конце концов, я почувствовал необычайную лёгкость и даже головокружение, будто и правда после яда принялся дышать чистым горным воздухом.

Алтарь высосал из меня все ошмётки чужой магии.

— Ты сейчас выглядишь, как ощипанный цыплёнок, — скепсиса в голосе алтаря было хоть отбавляй. — Тебе бы в ипостаси эрга порезвиться, чтоб прийти в себя. Да и Райо согласился тебя обучать, а вы всё никак не приступите. Непорядок.

Оправдываться и говорить, что как-то некогда было, я не стал. Сомневаюсь, что моя жизнь когда-то станет более спокойной, поэтому и пенять на собственную занятость было последним делом. Кто не хочет, ищет причину, кто хочет, ищет возможность.

Поблагодарив алтарь, я вернулся к себе в кабинет.

Поспать нужно было катастрофически, хоть и хотелось перед этим проведать сестру с Агафьей. На этих мыслях меня и сморило.

Утром проснулся всё в том же кабинете, но укрытый пледом и с подушкой под головой. А ещё с ощущением, что могу горы свернуть. Интересно, кто это тут постарался?

— Кто-кто… — проворчал сонный голос рядом, — твоя самая домашняя, самая прекрасная, самая пушистая и самая очаровательная прелесть!

Имал разлеглась поверх документов, грея меня одними своим пушистым боком.

— А ещё самая обиженная и брошенная кошечка в мире! — фыркнула она. — А я только слушаю про чужие приключения. После Японии сижу дома мышкой да с эргами общаюсь! А ведь ты обещал меня не бросать!