У Светы на глазах выступили слёзы.

— Она же… Хельга… не могла иметь… в инкубатории… как она с детьми… и её фанатичная привязанность к Асте…

Лекарка испытала настоящий ужас от осознания омерзительности содеянного всеми любимыми и почитаемыми богами.

— Именно.

— Но она излечилась, я видела! Это чудо! — Света замерла, будто громом поражённая. — И это чудо — ты! Ты что-то сделал, что проклятие спало. Поэтому она теперь пойдёт за тобой куда угодно! Она же и пошла… единственная, когда ты за Агафьей… мы не знали…

— Верно. Но и это ещё не всё, она в отличие от меня имеет все шансы стать настоящей богиней, не такой как местные. Её сила управления эмоциями будет только расти, а все страдания, пережитые в прошлом, позволят черпать силу из своих эмоций и воспоминаний.

— И, если она заявит права на земли Отступницы, война повторится, — прошептала лекарка в тихом ужасе.

— Дело в том, что земли Отступницы — это земли Комариных.

— И алтарь?..

— Почти собран… — ответил я на невысказанный вопрос. — Первый элемент мне подарили в Дербенте, второй мы вынесли из мира Кираны, третий… вернулся через князей Рюгена, а последний элемент отыскала сама Ольга. Его берёг её старый друг. Они даже успели попрощаться перед его смертью.

— Тысячелетия ждать и помнить… Это нужно любить.

Кажется, лимит потрясений на сегодня у Светы был исчерпан.

— Или ненавидеть, — добавил я, — Ольга помнит всё из своих последних жизней.

— А эрги… которые у тебя живут…

— Как и Тильда. Их притягивает к алтарю. Они защищают его и меня заодно.

Света замолчала надолго. Она прижалась ко мне всем телом, уткнувшись носом в шею и вдыхая запах моего тела. Она будто пряталась от всего услышанного, как моллюск в раковину.

— Я догадываюсь, о чём должен был пойти разговор. И я не уйду, — твёрдо произнесла лекарка. — Знаю, что было бы безопасней остаться в стороне, но нет. Это же почти три года здесь! Мы успеем! Если постараться, то я и трижды родить успею! И не только я! Оля ведь тоже захочет… после всего…

— Маленькая моя всё понимающая девочка, — я поцеловал в макушку невесту. — А как же белое платье, клятвы перед лицом богов и родни?

— Во-первых, не белое, а зелёное, — деловито поправила меня Светлана, — во-вторых, родных и сюда можно провести, а, в-третьих, после того, что ты мне рассказал про Ольгу, я как-то не сильно верю в благословение богов. Тем более у нас своих есть целых два: Эсфес и Оля!

Света показала мне язык, а после поцеловала.

— Будешь смеяться, но я, кроме местных, знаю ещё одного неместного. Мне Комаро рассказал, что Андрей Мангустов тоже стал богом. И еле смог договориться с местным пантеоном. Его тоже пытались лишить сил.