— Приветствую братьев Великой Пустыни, носителей нашей крови и хранителей традиций! — пророкотал я громогласно, отчего головы некоторых братьев вжались в шеи. — Эра ваших скитаний прошла. Пришёл черед новой эры, эры возрождения! Великие Змеи вернулись и вновь превратят империю Сашари в цветущий оазис! Но для этого нужно устранить раскол. Раскол ткани миров мы уничтожили, уже два десятка лет вас не беспокоят прорывы иномирных тварей. Теперь же нужно устранить раскол крови и магии.

— О чём идёт речь? — уточнил ещё один из племенных братьев, один из старейших оставшихся в живых, если мне не изменяла память.

— В ваших жилах течёт кровь аспидов, тогда как в душах равнинников и горцев живёт наша магия. Их нужно объединить.

— Объединиться с этими? Ни за что! — выкрикнули из толпы. — Они веками крали наших женщин, угоняли детей, убивали стариков!

— Вы объединитесь! — с нажимом повторил я. — Впереди десятилетия изменений. Вы перестанете кочевать, каждое племя осядет на определённых землях, где мы поможем возвести города, леса, сады и поля. Вы станете аристократами новой империи Сашари, равными в правах с равнинниками и горцами. Мы построим дороги, возобновим торговлю между двумя регионами империи. Уже сейчас на границе Пустыни и долин строится единая Академия магии для одарённых жителей империи. И это лишь начало.

Я рассказывал вполне очевидные вещи, необходимые для выживания, но со стороны это выглядело пустыми обещаниями политика, желающего добиться власти любым путём.

— А если мы не захотим менять привычный уклад? Если не захотим идти под руку равнинников или горцев? — вопрос задали из задних рядов, не прячась, а глядя мне в глаза. Пришлось пояснить.

— Вы пойдёте не под их руку, а под моё крыло, — покачал я головой, — как и они. И именно я буду обеспечивать мир между вами и развитие. Но я же и буду карать за нарушение мира. Слишком долго на землях империи лилась кровь. Для наиболее непонятливых повторю, как раньше уже не будет. В будущее мы пойдём с вами или без вас.

— Не захотим мы встать во главе своих племён, найдутся другие желающие, — Тайпана произнесла то, что все остальные не решались. — И чтобы не было недопониманий, я от имени крови Найадов первым признаю притязания на власть Трайордана Эсфеса на основании права силы и права крови! И готов вместе с племенем осесть на землях, избранных императором Сашари.

Пример лже-Рахуса возымел действие, но не столь ошеломительное, как хотелось бы. Племенные братья с осторожностью отнеслись к моей насильственной инициативе, которая с виду имела черты пряника. А по факту загоняла их вольницу под хороший такой кнут. Колебания были заметны в их взглядах. Тогда я решил окончательно сломить картину их старого мира.