Ножки стола поскрипывали под моим весом. Стоны было бы слышно на весь этаж, если бы Фирсов не припадал вовремя к моим губам, чтобы их заглушить. Он крепко держал руками мои бедра и вколачивался в меня с такой силой, что синяки мне были обеспечены.

Тепло скапливалось внизу живота, мышцы снова начали сжиматься, и терпеть больше не было сил. Я схватилась рукой за шею Фирсова, откинула голову назад и, слыша, как участилось его дыхание, отпустила себя. Чтобы сдержать стон, закусила губу, когда очередной оргазм накрыл меня волной удовольствия. Павел последний раз резко вошёл в меня, согнулся и, нечленораздельно промычав мне в шею, замер.

Мы некоторое время так и оставались плотно прижатыми друг к другу, оба пытались заново научиться дышать и ждали, когда в голове перестанут кружиться вертолёты. Фирсов, немного придя в себя, чуть отстранился, иронично посмотрел на меня.

– Это так ты хотела держать все в тайне от коллег? – спросил он с одышкой. – Дверь-то хоть закрыла?

– Неа.

Он отодвинулся, удивленно посмотрел мне в лицо, а я почему-то расплылась в ехидной улыбке.

– Ну… Мышка… – хмыкнув, он вытащил член, стянул презерватив и достал из ящика влажные салфетки.

Я спрыгнула со стола вниз, одернула юбку, поправила волосы.

– Пойду я, Павел Борисыч… Может ещё на обед успею.

Павел усмехнулся.

– Ничего не забыла?

Он держал указательным пальцем мои трусики и улыбался уголком рта. Я подошла к нему вплотную, провела руками по широкой, вздымающейся груди, забрала белье и сунула в левый карман его пиджака.

– Отдашь мне их вечером, – шепнула ему и поцеловала в губы.

– То есть я до вечера буду думать о том, что ты разгуливаешь по офису без белья? И как мне к этому относиться?

– Просто помни, кто тому причиной…

Я отошла на шаг, бросила на Фирсова игривый взгляд и вышла из кабинета.

– Ну ты, Лисова, и чокнутая! – смеялась сама над собой, спускаясь в лифте. – А стол ничего, крепкий.

После обеда нас ждало совещание. Начальники отделов вновь были собраны в конференц-зале и давали отчет о проделанной работе за последний месяц. Строгий голос и грозный вид Фирсова заставляли некоторых из них мямлить, как школьников у доски перед учителем. Кого-то Павел и вовсе вгонял в ужас. Все сотрудники, как один, вытянулись по струнке, слушая его наставления. Все. Кроме меня…

Я не сводила глаз с его левой руки, которую он время от времени запускал в карман пиджака, бросая на меня короткие взгляды. Мстит, зараза. Играет. Перебирает кружево в кармане, заставляя меня испытывать очередной прилив возбуждения.

Из конференц-зала я выходила с пунцовыми щеками и четким намерением оседлать сегодня вечером этого демона.