Я посмотрела на Фирсова, который сложил локти на стол и оторвался от спинки.
– А вы, Павел Борисович, пали в моих глазах. Я считала вас грамотным руководителем, хотела равняться, думала, что вы цените в людях профессиональные качества… А вы просто озабоченный имбецил.
Не дожидаясь ответа, я вышла, громко хлопнув дверью напоследок. Несколько девушек в приемной обернулись на меня, но мне было наплевать. Мне хотелось убраться из этого здания, из этого места разврата. Из места, в которое я так стремилась, как мотылек, летящий на свет. Но свет оказался ловушкой. И я, как тот мотылек, чуть было не лишилась самого дорогого. Гордости.
Войдя в квартиру, я прошла к себе в комнату и почти не выходила весь вечер. Надька попробовала со мной говорить, но четырёхэтажный мат заставил её передумать.
Утром мой телефон зазвонил. Я оторвала от подушки тяжелую голову и сонными глазами рассматривала цифры на экране.
– Алло?
– Алиса Романовна?
– Да, это я.
– Вас беспокоит отдел кадров компании «Омега». С завтрашнего дня вы приняты на должность личного ассистента Павла Борисовича Фирсова.
Глава 2. Первый день
Сильные руки по-хозяйски ласкают мое тело, пальцы впиваются в мышцы, заставляя дыхание учащаться. Я прогнула спину и всхлипнула, когда твердая латексная головка коснулась моего влажного входа. Мужчина вошёл в меня на всю длину, вытащил член и с силой вошёл снова. Ещё не привыкшая к его размерам, я вздрагивала каждый раз, когда он касался нужной точки внутри меня.
Мужчина властным движением раздвинул мои ноги шире, на секунду прерываясь. Я нагнулась, легла животом на холодный стол, коснулась обнаженной грудью столешницы. Крепкой рукой он схватил меня за волосы, одним движением намотал их на кулак и потянул на себя, одновременно вгоняя в меня член до самого основания. Я громко крикнула, почти в беспамятстве.
– Кричи, сучка. Кричи громче, – хрипло сказал он и со звоном опустил вторую ладонь на мою ягодицу.
Он трахал меня, как варвар, как дикий зверь. Кусил моё плечо, оставляя на нём красный овальный след от зубов. Я же находилась полностью в его власти и была готова кончить только от этого. Боль, перемешанная с удовольствием, шлепки плоти о плоть, стоны в тишине безлюдного офиса и подрагивание ножек стола под моим весом.
Я ухватилась за край столешницы обеими руками. Толчки становились сильнее, глубже. Скорее всего, после такого марафона, ходить я буду медленно и вразвалочку. Но сейчас я об этом не думала. Я чувствовала в себе его стержень, чувствовала, как он скользит внутри, вознося меня на вершину блаженства.