– Ааа куда все ушли? – спросила я Павла.

Он ответил, улыбаясь уголками рта и топя улыбку в стакане воды:

– За ними там… Прискакали…

– Что?

– Такси, говорю, за ними приехало. Так что подругу сегодня можешь не ждать.

Я опустилась на диван в метре от него. Задумалась. Вспоминая энтузиазм Надьки, с которым она общалась с бородатым, дома она появится дня через два. Или даже позже.

– Я тогда тоже… поскачу, – поднялась с места, схватив лямку сумочки.

Фирсов сжал губы и отвел глаза. Снова посмотрел на меня:

– Это не обязательно. Завтра выходной. Ну или… Можем считать, что это тимбилдинг.

– Очень… оригинальный способ сплочения команды, – протянула я, присаживаясь на место. – Хотя, вполне в вашем стиле.

Толпа гудела, дрыгалась под басы. А я пыталась расслабиться в обществе человека, рядом с которым обычно напрягалась.

– Так… Максима ещё не сообщила о своём решении? – зачем-то спросила я, четко зная ответ. Павел сморщился:

– Давай не будем о работе. Хотя бы сегодня. Хватит того, что с утра у меня назначена встреча.

От его резко сменившегося тона меня слегка тряхнуло. Снова захотелось к «Павлу» начать добавлять «Борисович».

– Лучше расскажи о себе, – вдруг сказал он, поставил на столик стакан и вытянул руку по спинке.

– Я… Занималась музыкой в детстве. На скрипке играла. А вы?

– Не. Слуха нет.

Мы перемолвились парой фраз, но разговор не клеился. Притом, что в офисе, по делу, мы могли трещать без остановки несколько часов.

И тут случилось страшное. Фирсов оторвал руку от спинки дивана, медленно ослабил галстук.

«Только не манжеты! только не манжеты!» – вихрем пронеслось в моей голове.

Он, словно услышал меня, потянулся к манжетам… Подворот… Подворот… И вот его рука снова касается спинки дивана. Дальнейший разговор был обречен на провал. Думать о чëм-то, кроме его рук на себе, я уже не могла. Фантазия, так и вовсе играла против меня.

Павел мимолетно опустил глаза на мое колено, торчащее из-под офисной юбки. Дыхание сбилось моментально. Я представляла себе, как его крепкая рука впивается пальцами в мою кожу, а губы целуют мои бедра. Захотелось пить. Он, будто слышал мои мысли, сделал ещё один глоток воды, и я ощутила прохладу на языке. Буквально чувствуя на коже тепло его рук, я покрывалась мурашками и начинала дрожать. Только бы не заметил, боже, только бы не заметил!

Не знаю, о чем сейчас думал он, но его рука, та, что лежала на спинке, принялась поглаживать обивку. А глаза скользнули выше по моей ноге… Взгляд замер немного выше моей тазовой кости, там, где набита тату. Я в свою очередь машинально посмотрела на его татуировку, край которой, дразня, выглядывал из-под воротничка. Моя татуировка чуть было не начала светиться. Как так совпало?