Рыча, я вошел в нее сзади, и сминая ее сексуальные булочки, не удержался и шлепнул ее. Она дернулась и кончила еще раз, при этом с еще большей силой насаживая на член. От удовольствия я уже даже не рычал, как бешеный пес, а мурчал, как сладкий котик.

– Намотай волосы, – она простонала.

Я собрал разметавшиеся волосы по столу в конский хвост, намотал на руку, до самого затылка, и потянул на себя. Уперевшись правой рукой в стол, я лег ей на спину всем весом, и задрав ее голову ближе к себе, кусал нежно за шею, за мочку уха, за все, что попадалось мне на пути. Она прогнулась великолепной дугой, подняв попку так, чтобы я максимально мог войти в нее.

Крышу окончательно унесло, и я начал драть ее с такой силой, что она уже не могла стонать, а просто захлебывалась и хрипела от удовольствия. В таком положении, в очередной раз вдолбившись в нее, она, громко застонав, опять кончила… Тут я понял, что больше не могу сдерживаться, ее пульсация просто швырнула меня к краю, внезапно и быстро. Еле успев вытащить, я прошелся членом между ее булочек и со стоном кончил ей на спину.

– Оооох. И тебе привет, моя богиня! – я отошел от нее, и взяв салфетки вытер платье, которое мы так и не удосужились снять.– Я тут тебе… Немного испачкал… – немного смущенно ляпнул я.

– Оно того стоило… – промурчала моя пантера, поднимаясь со стола и поправляя платье.

Я пошатался к креслу и расслабленно плюхнулся в него. Моя красотка бесцеремонно уселась мне на колени и, обвив мою шею, уткнулась носом в нее. Так бы и сидел всю жизнь, вдыхая ее аромат смешанный с запахом секса.

– Рооом.

– А?

– Ты не хочешь уехать на выходные куда-нибудь?

– В каком плане? – не понял я.

Кажется моя кошечка что-то задумала, потому что она чуть отстранилась и с блестящими глазами начала на меня смотреть, формулируя мысль.

– Ну, я тут подумала, что мы могли бы куда-нибудь поехать, отдохнуть… Я бы взяла Элис, ты бы взял Пашу…

Я напрягся. Зачем ей эти двое? Нет, Пашка последнее время был очень плох, и ему бы действительно не мешало проветрить голову.

– Ты на что намекаешь, дьяволица?

Она смущенно захихикала.

– Ну, тебе не кажется, что между этими двумя что-то происходит?

Тут я вспомнил амбрэ Пашки и его удрученное лицо. Я еще тогда понял, что далеко не в контракте проблемы. А в его «мышке».

– Да я уже давно это понял. Там только эти двое, как слепые мышата, ничего не видят.

– Вот-вот. Я думаю, надо им помочь. Как-то их подтолкнуть. А то Элис уже скоро крышей двинется. Пашка твой, только по секрету… – она таинственно сузила глаза, и зашептала мне на ухо, – … Снится моей Алисе, почти каждую ночь.