— О как! Прямо как под тебя делалось, — довольно констатировал Семеныч. — Итак, Сиделец, тут ничего сложного. Ружьишко, конечно, переросток и лягается, но в общем и целом все то же самое. Сводишь вон ту хреновину с вот этой, жмешь на загагулину и замираешь в ожидании прилива приятных ощущений.

— Да ты поэт, Семеныч.

— Угу. Пока не наступает проза жизни, мы все немного поэты. Теперь по зверюге. В какую будешь бить?

— Ну, наверное, вон в ту, что в сторонке.

— Неверно. Видишь вокруг нее трется теленок, ему еще минимум полгода ее сосать.

— Это теленок? — искренне удивился Владимир.

Было чему. Он наблюдал довольно внушительное животное. Судя по расстоянию, до него метров двести, этот малыш был росточком со взрослого быка, которых Валковский видел на Земле.

— Поверь, самое что ни на есть неразумное телятко. Чужое потомство самки к себе не подпускают — не смотри, что живут семьями. Так что — убил кормящую самку, убил и теленка. Нерационально это, да и в нашей среде не принято. Так что лучше бить в одинокую корову.

— А она стельная, и тогда опять урон, — не без иронии возразил Владимир.

— Ну, отстреливать-то все одно кого-то нужно. Так что это уже рефлексия. А вообще, по возможности конечно, предпочтение лучше отдавать самцам. Они крупнее, а потому, чтобы забить холодильник, хватит и трех особей. Возни меньше. Но тут тоже нужно смотреть, чтобы в семье для защиты оставалось минимум четыре самца. Потому и получается, что самка вроде расположена удачнее всего, но лучше все же выбрать вон того самца, справа. Их тут еще семеро. Явный перебор.

— Ясно.

— Теперь о том, куда нужно бить. Целься под лопатку. Попадешь — свалишь гарантированно.

— А как у ружьишка с разбросом?

— Нормально. На две сотни метров порядка сорока сантиметров, что для этих зверушек несущественно. Вот, собственно, и все. Теперь стреляй.

А что делать? Прицелился. Выстрелил. Хм. Как там оно было до установки этого приклада, который должен был компенсировать отдачу, Владимир не знал, но лягнуло его знатно. Плечо с непривычки сразу же заныло. А можно ли к подобному вообще привыкнуть? Это же форменная гаубица. Кстати, и по звуку тоже. Надо бы озаботиться берушами или наушниками, а то эдак и контузить может.

А насчет пушки — это в точку. Во-первых, у быка, в которого целился Владимир, тут же подломились передние ноги, и он как-то медленно и величаво завалился набок. Во-вторых, остальным членам этой группы или семьи гром совершенно не понравился и даже вызвал у них испуг. И они тут же ринулись в бега.

— Х-ха, Сиделец, а ты неплохой стрелок. Из незнакомой «фузеи» да еще и стрелял в первый раз, а попал на пятерочку.