Через некоторое время, подняв голову и проведя взглядом по сторонам, она опять обратила внимание на своего любимца Стайя, стоящего как вбитый в пол гвоздь на том же месте от страха.

— Что стоишь, олух, скажи, чтобы здесь прибрались, и иди к Ману и приведи мне сюда сию же минуту её человеческого любовничка Бейна.

— Ваше высочество! Да если я к ней заявлюсь, она мне тут же кишки выпустит, не раздумывая, — запричитал тот и бухнулся на колени.

— Лучше прикажите это сделать кому-нибудь другому!

— Идиот! — прошипела презрительно та и махнула рукой.

— Скройся сейчас же из моих глаз, трусливая скотина!

Через минуту она уже сама набирала номер дочери.

— Ману пришли ко мне срочно своего любимого человечка — у меня есть к нему несколько вопросов!

Через ещё некоторое время в дверях появилась Ману с Бейном собственной персоной. Увидев их, Эйху устало и с недоумением произнесла:

— А ты какого хрена сюда притащилась, я вроде вызывала только его одного⁈

Посмотрев, как двое охранников выносят из комнаты тело убитого до этого одного из наложников матери, та дрожащим голосом попыталась оправдаться:

— Я просто подумала, что… Правда, досказать свою мысль о чём она таком подумала, так и не успела. В этот момент Эйху приподнялась с кресла и в ярости закричала.

— Пошла вон, я сказала, здесь только я думаю!

Через секунду та скрылась в дверях, оставив Бейна одного наедине со своей матушкой. Некоторое время та молча разглядывала его, как будто первый раз увидела, затем великодушно заметила:

— Ну и что ты застыл там, как истукан, у порога, проходи и присаживайся что ли!

Пройдя к стоящему рядом с ней дивану, Бейн присел, с опаской косясь на неё.

Налив в свободный бокал вина, та милостиво подвинула его к нему и глядя как он пытается его проглотить — вежливо поинтересовалась:

— Ну и как, успел обрюхатить уже мою дочурку!

Подавившись от этих слов вином, Бейн закашлялся и замахал руками. Поднявшись, Эйху с размаху зарядила тому ладонью руки по спине и с ехидцей в голосе добавила:

— Значит, всё-таки обрюхатил, стервец!

Тот в ужасе замотал головой и попытался оправдаться:

— Разве это от меня зависело⁈ Без её ведома я бы никогда к ней даже прикоснуться не смог, Ваше высочество!

— Ну да. Ну да! Ты же теперь для меня, можно сказать, тоже родственник. Поэтому давай, что ли, теперь за это выпьем, и налила ему ещё один бокал.

— Вот хочу спросить у тебя, зятёк, от кого именно зависят условия содержания военнопленных у вас в лагере⁈ — поинтересовалась она как бы между делом.

Бросив на неё искоса взгляд, Бейн, не раздумывая, сказал: