Заметив это, Вирайна взяла бокал и улыбнувшись дружески сказала:

— Да не дрожи ты так, поверь, я совсем не страшная и уж тем более не кусаюсь!

Посмотрев на неё, тот явно с сарказмом заметил:

— Только в городе, моя королева, очень многие так совсем не думают!

— Ну мало ли что кто думает, любое мнение — дело, как известно, наживное, и во многом зависит от того, как подать нужную информацию. Тем более что они будут думать завтра, зависит всецело от того, что я для них придумаю сегодня! — усмехнулась и желчно заметила:

— К примеру, мой милый, вот твоя жизнь как раз и зависит теперь от того, что ты лично ценного сможешь предложить для меня прямо сейчас! — и довольно рассмеялась.

— Ну так что, давай, что ли, разденься, хочу посмотреть, что ты из себя вообще представляешь! — и тут же включила соответствующую музыку.

Чуть не поперхнувшись вином, Крой поднялся и начал медленно, стараясь попадать в ритм музыки, снимать свою одежду. Под её насмешливым лукавым взглядом. Для себя же он решил, что лучше вообще не открывать свой рот с этой дамочкой, пока та его об этом не попросит.

— Ну ладно, вижу, раздеваться и танцевать ты вполне умеешь! — заметила ехидно она.

— А теперь покажи мне, на что ты вообще способен как мужчина? — и, бросив на него завлекающий жгучий взгляд, начала расстёгивать и снимать с себя платье.

После чего, оставшись в одном нижнем белье, она поманила его пальчиком и направилась неторопливой походкой, повиливая очаровательно бёдрами, в спальню. При этом она совсем не использовала против него свои гипнотические штучки, решив посмотреть, как он справится с вожделением к ней своими силами.

Крой понял, что если сейчас он не сделает что-то такое, что очень должно понравиться этой маленькой озабоченной фурии, то его хорошая и благополучная жизнь в этом мире будет долго рыдать над его дальнейшей судьбой горючими слезами. После чего он тут же бросился за ней, и схватив её за плечо, тут же развернул к себе и подхватив на руки, понёс к кровати. Больше всего он боялся, что не сможет просто достаточно возбудиться для того, чтобы ублажить эту кровожадную сучку. Так как его мужское достоинство было не меньше него в ужасе от этой, в общем-то, сексапильной дамочки. Поэтому, приземлив её на кровать, он начал тут же работать над этой проблемой своим языком и руками, пытаясь хоть как-то привести свой инструмент в нужное для этого положение и выкинуть из своей головы все другие мысли. Но так как он лично присутствовал в тот самый момент, когда эта гарпия отсекла своим клинком голову его Ману, а затем наблюдал, как режут и других его сестёр, ничего кроме жуткого страха перед ней он просто не испытывал. Впрочем, это где-то через полчаса поняла и сама Вирайна, ухватив его для проверки своей догадки за практически безжизненный понуро свисающий мужской орган.