я сгорю вместе с ним. Но только не ты. Нет, ты будешь жить. – Я не жертвую собой, Эммануэль. Но я не хочу, чтобы мы строили отношения на крови. Это ужасно. Если вы хотите полноценных, здоровых отношений, нужно уметь идти на компромиссы. Я что, обсуждаю условия романтических отношений с убийцей? Бетан меня точно убьет. Эммануэль молча прикасается к моему лицу и на некоторое время погружается в раздумья. – Хорошо. Я принимаю условия сделки. Я обещаю тебе, что больше никогда и никому не причиню вреда, – Эммануэль наблюдает за мной, слегка наклонив голову набок. – Но тогда и ты должна мне кое-что пообещать. – Я чувствую, как в его глазах отражается мой немой вопрос. – Я никому ничего не расскажу, – поспешно произношу я и ощущаю прилив крови к лицу и шее. На губах Эммануэля появляется грустная улыбка, которую я уже так сильно полюбила. – Я совсем не об этом, – коварно проговаривает он и склоняется еще ближе ко мне, почти дотрагиваясь губами до моих волос. Какое-то время Эммануэль просто молчит, будто раздумывая над своим новым бизнес-планом, в то время как мое сердце отбивает ускоренный ритм в ожидании его условий. – Хочешь тирамису? – неожиданно спрашивает он и, не дожидаясь ответа, направляется в кухню, оставляя меня озадаченно смотреть ему вслед. Я так и не осознаю до конца, на что я только что дала свое согласие. Сдержит ли Эммануэль свое слово? Хватит ли мне духу любить его таким, какой он есть? Действительно ли я в безопасности наедине с ним? И кто же все-таки убийца тех троих девушек? Эммануэль уверяет меня, что это не он. А ведь он, вроде бы, никогда мне не врет. Ведь так?