— Говорю же, она ребёнок. Так что в твоей логике изъян, безусый, — усмехнулась Кузьмичёва.

— Изъян? Проверим на всех. Она дракон, так что её на плоть проверять не требуется старым методом. Меня интересует остальное, — произнёс я, а потом добавил. — Хотя для чистоты эксперимента надо проверить на всё. Да и обе её формы взрослые, так что всё должно быть нормально. — Проговорил я, затем повернулся к шушукающейся парочке и крикнул. — Эй, пошли во внешние сферы, надо проверить кое-кого в обоих обликах.

Ответа я и не подумал ждать, схватил их лентами и полетел в нужное место.

— Оголите ноги, руки, шею спину и живот. Большего не требуется, — произнёс я, но вся троица тупо разделась полностью. — И зачем?

— Одежда мне нравится, но стесняет движения. Тем более, раз я приму форму дракона, не хочу её портить, я её так долго выбирала! — заявила дочь Холота, не проявившая и тени интереса к Феофану в том плане, который питал он к ней. Никакой романтики, чистая зона друзей, которым драконша так радовалась.

Непреклонный из-за влияния тела определённо думал не только головой. Хотя к девчонке-дракону испытывал не столько похоть, даже сейчас алых искр было мало, он втюрился. Впрочем, дракониха влюбила в себя абсолютно всё мужское население кроме меня, но этого вообще не понимала, как и последовавшей агрессии к себе некоторых Карловн, влюблённых в Феофана.

Причем, даже весьма мелкие эльфы, которым сейчас по развитию было семь-восемь лет, питали детскую влюблённость к Пелагее.

Похоже, надо будет их вышвырнуть в интернат, пусть ищут там себе любовь. Исключения обговорю со Снежинкой. Нянек тоже надо отправить передавать знания, а новых нанять.

Проблема в том, что взрослые сложнее осознают систему, пришедшую из другого мира.

Таниэль так вообще оказалась неспособна даже допустить отход от учений предков.

Другие были в этом плане несколько гибче, но мой план сделать из них людей, которых я обучу, а они сами станут передавать знания, провалился.

Две недели я потратил на обучение, но результат был почти нулевым.

Частично в этом вина того, что не только Ту Ла видела во мне объект страсти.

Всё же двенадцать лет почти без мужского общества, если не считать время отпуска и мальчишек, то вообще без него. Только три няньки были не невинны до момента поступления на работу, столько же осталось и на данный момент.

По ночам я тренировал разные варианты зрения при помощи воздушных лент, так что был в курсе, чем перед сном занималось население острова.

После этого я стал для тренировок вылетать во внешний мир. Не хочется лезть в чужую жизнь лишний раз. Хотя слежение за множеством объектов позволяло тренировать контроль. Но что люди, что звери в ближайшем лесу, всё было практически одно и тоже.