Но она продолжила щебетать.

Не противник. Сейчас точно не противник. Да и повода атаковать её нет.

Жаль.

— Для погашения долга я могла бы родить тебе дитя, но мой муж почему-то против, — уловил я что-то уж слишком сумасбродное, но мысленно поблагодарил её супруга за оказанное сопротивление. А то эта пчёлка могла бы покуситься на мой цветочек, то есть Олежин.

— Если Вы хотите выплатить долг, что кроме женитьбы его может погасить? — спросил я. Хотя в книгах я подобное встречал и вывод для меня один: я попал, но ведь у неё может быть иная информация?

— Я же сказала, ты сделал для меня очень важное дело! — возмутилась Александра Артуровна и злобно плюхнулась на край кровати. — Без разницы как ты или кто-то иной оцениваете этот долг, его оплачивать только мне.

— И вашим потомкам? — вставил я.

— Да, и моим потомкам. Мои долги — это долги семьи, как предков так и детей, внуков и правнуков. Я не племенной орк без семьи, которому это пустой звук, и точно не длинноухая, которые не думают о совести, а мыслят лишь о репутации, — пробухтела гномиха.

— Ну, так какие варианты погашения этого существуют? — я решил вернуться к изначальному вопросу.

— Как я уже говорила, пока я жива, равноценно было бы родить тебе ребёнка… — начала загибать пальцы Александра Артуровна.

— Пока не планирую становиться отцом, я для подобного слишком молод душой, — проворчал я.

— Да, и к тому же мой муж против, хотя я была бы не против, хи-хи, — погладила меня по колену вертихвостка, а я пожалел её супруга.

— Кхм, дальше про реалистичные варианты, — попросил я.

— Да всё просто. Если я умру, это позор на род и выплачивать придётся имуществом, причём в достойном количестве, — честно признала госпожа Ги и посмотрела в окно, — а это дорого, никто в семье такого не хотел бы.

— Другие варианты говорите, не тяните, — произнёс я, пока ничего нового относительно книг не было. Гномы известны своей жадностью.

— Да что там говорить? Передача тебе любого моего потомка, в принципе, вариант рождения дитя для тебя. Это реалистично. Создание самородного шедевра… я только деточек умею, по ремеслу япыль , эх, не в дедушку пошла, — пробормотала немного прерывистым голосом женщина и заплакала. Без притворства, её аура прямо указывала на переживания.

— Успокойтесь и говорите, есть ли остальные способы, — произнёс я, но на всякий случай погладил гномиху по голове.

На детях иногда срабатывало.

Может, пугнуть её магией, срабатывало-то чаще.

Но мои мысли об атаке оказались бесполезны.

Женщина взяла мою руку, затем отбросила её и уткнулась мне в грудь. Для этого ей пришлось совершить небольшой прыжок, который был не так уж лёгок, равно как и удар подбородком мне по рёбрам.