— Ты чего опаздываешь? — получил упрек, как только подошел поближе к столику.

— С зарядки иду. Посещала бы, как все, тоже бы опоздала, — ответил я.

— Марья вон не опоздала, так что не отмазывайся, — и дружелюбно осклабилась, довольная своей маленькой победой.

— Ладно, сейчас возьму завтрак и приду, — отмахнулся я и пошел к раздаче.

Получив порцию манной каши с каким-то зеленым салатом и чаем, направился назад, где уже знакомая мне троица что-то яростно начала обсуждать.

— Так быть не должно. Я училась на повара! — на повышенных тонах высказывалась Люся.

— Тогда почему везде, от детсадов до больниц, в манной каше есть комки? Все люди не умеют готовить, одна ты молодец? — парировала Елена.

— Потому что они готовят не правильно! Нужно ее постоянно мешать и засыпать по чуть-чуть. А они все ленивые, готовят тяп-ляп, все равно такие, как ты, все сожрут и добавки попросят.

В это время я умудрился опустить ложку в кашу и, подняв ту над тарелкой, перевернул. Сказать, что я удивился — ничего не сказать. Это не каша с комочками, это огромные комки с каплей каши, и как это есть — я не представляю.

— А ведь Люся права, — заступился я, — а это… даже есть противно.

— То, что вам не нравится, не значит, что это неправильно, — парировала Лена, наворачивая при этом кашу.

— Марья, а ты что думаешь по поводу каши? — спросил я, решив, что она должна решить все разногласия группы.

— Я ела и хуже, так что, — и вздернула плечами.

Решив перевести тему, чтобы никто не обижался:

— Ладно. А что за новенькая у нас, не в курсе?

— Будешь тут не в курсе, поспать нормально не дали. Она так орала, что жуть. Еще, блин, и в нашу палату поселили, — сообщила Елена.

— А что с ней? — аккуратно поинтересовался я.

— Да пес ее знает. С рукой что-то, перебинтованная вся. А так — она еще в себя не приходила, так что, — и развела руками.

— А ты что, к ней уже присматриваешься? — с ехидцей заметила Люся.

— Не знаю, только ее вопли ночью слышал и все, — ответил я.

Дальше все ели молча, думая о чем-то своем. Как только я встал из-за стола, был остановлен Еленой, схватившей меня за рукав:

— Ты же к нам сегодня придешь? У нас и чай остался, и конфеты, — она мне кокетливо подмигнула.

— Конечно. Без вас бы совсем от скуки тут завыл, — и, видя, как от моего ответа та расплывается в улыбке, сам непроизвольно улыбнулся.

— Будем ждать.

После этих слов я выставил тарелки на раздаточный стол и направился в ординаторскую. Там, кроме Анны Викторовны, уткнувшейся в какой-то огромный и явно старый фолиант, сидела еще одна лекарь.

— Анна Викторовна, можно? — вежливо поинтересовался я.