— Месть слабым, сирым и убогим — удел трусов и слабачек. Хорошо, Влад, я поняла. Отстраню от гарема на пару месяцев, пусть подумает, как надо обращаться с мужчинами. Что-то ещё?

— Ну… А что насчёт нападения?

— Было бы что узнавать. После Елизаветы Егоровны тело опознанию не подлежит. Руки и ноги в одной куче, вместо лица — кровавая каша. Хотя мы заметили кожу на камне, рядом с трупом. Там кусок татуировки, пробиваю по каналам. Предполагаю, что наёмница. На этом пока всё.

— Хорошо, завтра доложу госпоже. Спокойной ночи.

— Будет она с вами спокойной, — проворчала она, — доброй ночи.

* * *

Проснулся я от толчков в бок. Надо мной стоял парень лет тридцати с жутко кислой и недовольной миной на меня смотрел. Едва подрав глаза, я сел, попытавшись возмутиться, но это тело уселось рядом со словами «это моё место» и начало клацать каналы на телевизоре. Сказать, что я офонарел от такой наглости — ничего не сказать. Но мой пыл быстро успокоила Светлана, которая позвала всех на завтрак. Я решил не отрываться от коллектива и последовать за всеми в уже замеченную мной столовую. Все быстро, а было нас восемь человек, благоговейно уселись на стулья и стали ждать. Когда же мамочки начали выносить тарелки по две за раз, мне стало неудобно, всё-таки воспитание не то, и я встал, чтобы помочь разнести еду. Светлана мне улыбнулась, а вот Александра уставилась огромными глазами и замерла на месте, будто я василиск. После она спохватилась, что уже пару минут просто стоит и пялится на меня, поэтому взяла столовые приборы и начала расставлять их к каждой тарелке. Я же, взяв свою тарелку последней, сел на свободное место и принюхавшись к отварной картошечке и хорошо прожаренной отбивной, начал захлёбываться слюнями. Моему аппетиту мог бы позавидовать слон. Встав из-за стола, я поблагодарил мамочек и спросил, где я могу умыться и почистить зубы. Мне предоставили личную зубную щётку со шкафчиком для личных вещей в спальне, а так же стандартный для них набор: шампунь, мыло, мочалка, полотенце. После утренних процедур я решил познакомиться со своими коллегами по несчастью поближе. Как же зря!

Трое весело рассматривали глянцевые журналы, с каким-то полупокером на обложке, ещё двое играли в любовную игру на одном из телевизоров, остальные два человека мерно посапывали в креслах-подушках. Решив не портить себе настроение, я занялся исследованием зала. В дальнем углу оказался шкаф, набитый всякими образовательными книгами и дверь в спортивный зал, где стояло два велотренажёра, одна беговая дорожка, турник и набор гантелей. Не раздумывая, я взялся вначале за бег, после за гантели. За час, что я прозанимался в спортзале, лишь один раз ко мне заглянул любопытный взгляд. Остальным, видимо, было плевать на то, кто я и чем занимаюсь. После занятий я решил посетить душ, негоже ходить дурно пахнущим, но наткнулся на необычную картину: мамочка встала на входе в зал и сказала Саше готовиться. Тот, в свою очередь, в начале разрыдался, а после поплёлся со мной в душ. Я старался вымыться быстрее, чтобы не пропустить, что будет дальше. Так что момент, когда мужик с грустным лицом и очень пёстрым одеянием вышел из гарема в сопровождении Светланы, я не пропустил. Ситуация была более чем странная и я подошёл к мамочке, которая заканчиваламыть посуду: