— Нужно найти человека, вполне вероятно, что сейчас он в Риме, — произнесла я, вжимая телефон в ухо.

— Данные, — серьезно и быстро отозвался он.

Назвала настоящее и новое имя Данки, по которому она совместно со мной, которой так и не доделали ксивы, должна была уехать из страны еще до этого всего… до взгляда светло-карих глаз, сейчас насмешливо на меня посмотревших и обративших взор к блокноту, где быстро вырисовывались строки моим почерком, которые я торопливо зачитывала:

— Еще одна просьба, вы не могли бы до разрешения проблемы у общего знакомого…

— Разумеется, сдам с рук на руки, — понятливо прервал он.

Костя, хмыкнув, кивнул и, не дописав, с новой строчки начал выводить то, от чего у меня неторопливо, но верно зачиналась тахикардия:

— И сказать ей о пяти, иначе она может не так понять и создать, — кратко посмотрела на беззвучно прыснувшего Костю и покорно дочитала, — новые трудоемкие этапы в поиске.

— Необычно, — снова тень беззлобного смеха и серьезное заверение, — я справлюсь. Думаю, займет час-два, не больше. Сообщу в смс на этот номер, как только найду и будет минимизирован риск создания трудоемких этапов.

Я от чистого сердца поблагодарила и завершила звонок. Анохин сходил отдал телефон соседке, сердобольно поохавшей на его вранье о затерянном багаже мамы, едва ли не клятвенно заверив, что сразу же сообщит ему, как только от нее придет смс, пока я, выключив свет в комнате и распахнув балкон, сидела возле него на полу и курила, внутри уже все осознавая. Осознавая еще четче, когда он закрыл входную дверь, зашел в комнату, сдернул с кровати плед, накинул его на меня и сев рядом по турецки, тоже закурил.

Пара затяжек, выдох дыма в унисон в темень ночи, глядя, как дым распадается под озорным сквозняком, прокрадывающимся через открытые окна на балконе. Потянула край пледа так, чтобы укрыть его ноги. Он, заметив мое движение, приподнял пепельницу чтобы расположить ее на покрывале, когда я оправила ткань на его ногах.

Чужой, незнакомый город. Снятая на разводного дропа квартира, ночь, нарастающие и тут же решающиеся проблемы и человек рядом. Хмыкнула в выдох никотина. Иногда не нужны года, не нужно время, нужно вот так… ночь, тишина, ожидание и ощущение, что с тобой находятся рядом, что бы вокруг не происходило. Что бы внутри тебя не происходило…

— Кость… — его имя на языке, на губах. В крови. Как и то, что едва не срывает голос, — спасибо и прос…

— Прости меня, — мягко, совсем негромко перебил, стряхивая пепел и откидывая голову на стену, прикрывая глаза. — Я был не прав. Не должен был так реагировать, — протянул руку и сжал мои холодные пальцы поверх пледа их укрывающего. — Прости. В том, что с тобой в коридоре было, моя вина. Я не должен был… — сглотнул и повернул лицо ко мне, сосредоточенно глядящей в пол, подавляя глупые, ненужные и совершенно бессмысленные слезы, — я не должен былтак реагировать.