И понравился он еще больше с высоты птичьего полета. Ист сайд, Вест сайд, Мидтаун и нижний Манхеттен — финансовые эпицентры города, представленные каменно-стеклянными гигантами, выглядящими драгоценными камнями блистающими в лучах утреннего, пробивающего пасмурность, солнца. Смотрела на город, огромный, просто громадный город, в некоторых районах которого проживали от миллиона человек. Смотрела на Манхеттен, город в городе, как показатель человеческих амбиций, где при бешенстве налогов бизнес идет, экономика развивается. В нее инвестируют, ей доверяют. Семь минут полета, а я иногда забывала дышать глядя на все это урбанистическое и финансовое величие загнивающего Запада.

Костя смотрел на меня, я чувствовала его взгляд. Вслепую сжала его пальцы обеими ладонями, стиснула их на своих коленях, глядя на мир под ногами. И ощутила прикосновение его губ к виску.

Посадка на вертолетной площадке здания недалеко от отеля на Манхеттене. В отеле тоже была площадка, но она была занята и отель выслал за нами машину.

Выйдя из высотки, я подавила глупое детское желание поканючить у дяденьки поездку на традиционной желтенькой таксишке, покорно загружаясь в дурацкий лимузин и чувствуя себя будто в фильме. Одном из тех, где все вот это мелькало и сейчас казалось таким знакомым. Например, вон то полукруглое здание в «человеке-пауке» было, а вон то я в каком-то другом фильме видела, точно видела, но не могу вспомнить, потому что вот это тоже видела и сейчас я точно вспомню…

Образы переполняли сознание. Анохин курил в окно не без удовольствия глядя на меня, едва подавляющую на лице выражение детского восторга, пытаясь себе напомнить, что я взрослый человек, почти замужняя мадам, у меня серьезный бэкграунд, но ощущение, что я там, куда так хотела в юности, а это было перечеркнуто, но вот я здесь… основание его ладони к своим губам, прикасаясь поцелуем, не глядя на него, не притягивающего к себе, не вынуждающего отрываться от реальности за окном, сейчас впитывающейся в кожу упоительным теплом, склеивающим забытые и покрытые пылью осколки когда-то казавшейся важной мечты…

Отель, и, разумеется, люкс апартаменты. Двадцать девятый этаж и панорамный вид из широких в пол окон. Завтра прилетят мама с Мишкой и Сакари, номер которых на этом же этаже, но в другом конце коридора. Это Манхеттен, тут тяжело найти свободные люксы, очень повезло, что вообще в одном отеле, не говоря уже про этаж, — ровно так сообщил Константин Юрьевич, доставая чистые вещи из своей сумки, поставленной на широкий угловой диван, пока я, боясь моргнуть, стояла у окна, глядя на кипящую жизнь под ногами.