У моста располагались красноармейцы. Они же и «приютили» всех спасшихся до утра, расселив в своих палатках. Когда прекратился разрыв снарядов, точно сказать не могу. В общей суматохе мне не до этого было. Отпустили же по домам нас только к обеду следующего дня.

Сказать, что родители перепугались — изрядно преуменьшить. Мама как обняла меня при встрече, так и выпускать из рук не хотела. Отец лишь облегченно выдохнул, да украдкой перекрестился. Дед Демьян попытался по привычке вставить свое привычное «выпороть», но неожиданно нарвался на резкий отпор моей мамы, да и отец вступился за меня.

— Правильно он все тогда сделал. Кто ж знал, что склады взорвутся? А он молодец — не растерялся и в нужную сторону побежал. Старших слушался. И сразу домой вернулся, как можно стало.

— Ну… кхе. может и так, — вынужден был отступить дед.

Как я потом узнал, Борю и вовсе его родители похоронить заочно успели. Он-то им сказал, что к радиостанции пошел. Которая как раз рядом со складами была. Вот и подумали, что его осколком или каким взрывом зацепило обязательно.

На удивление, больших разрушений в городе не было. Как и пострадавших. Но много снарядов и патронов просто не взорвалось, а было раскидано взрывами сработавшего боеприпаса и потом красноармейцы еще целую неделю собирали его по всему городу. Привлекли к этому делу и нас, пацанов. Особенно тех, кто был не пристроен к делу. Мы с Борей хоть и работали на заводе, но ведь не полный день. Так что и мы поучаствовать в сборе снарядов успели.

— Надо свой склад сделать, — прошептал Женька Северягин, доставая из канавы три патрона от пулемета.

— Прям склад, — усмехнулся я, обшаривая другой склон канавы.

— Ну не склад, а схрон, — смутился пацан. — Вон, белые, гады, не угомонятся. А если завтра наступление на город? Пробрались же они и подожгли склад. А он охранялся! И чем их бить будем? Или руки вверх поднимать?

Руки вверх поднимать все дружно отказались. Нас сейчас собралось почти десять человек и идею Женьки поддержали все. Лишь я выступал небольшим голосом разума, предупреждая, что за утайку оружия нам может уже от красной армии прилететь.

— Им нужнее. Они и обращаться с оружием умеют лучше нас, и в самый ответственный момент у них патронов, которые мы заныкаем, может не хватить.

— Да ну тебя, умник, — махнул рукой Егор Ковригин. — Если белые в город ворвутся, мы в партизаны пойдем. Сейчас-то снова на тот склад все вернем, а белые р-раз! И опять его взорвут., но уже так, что ничего не останется. И с чем наши воевать будут? А тут — мы. Героями будем!