— Раздражаешь. — Вытянув два пальца, внезапным потоком воздуха Дэйда направляет весь поднятый мною песок в мою же сторону, затем сначала делает подсечку, а после приставляет своё тренировочное оружие к моему телу, в очередной раз рухнувшему на землю.

— В защите подобен вёрткой и скользкой змеюке, а в открытом нападении ну прям дитя малое. Глауд, прекращай играться и атаковать, словно мясник, разделывающий неподвижную тушу. Ты ведь и без меня прекрасно знаешь, как бы широко не замахнулся, я тяжелее тебя. Прекращай паясничать и будь серьёзнее! — «Да я и так сама серьёзность!»

В голове полыхнула злоба. Сжав меч покрепче, встал в стойку и, осторожно приближаясь, нанёс серию стандартных ударов. Неумелую, подсмотренную у занимавшихся рядом. Гора сосредоточенно отражает каждый, не сводя с меня своих тёмных, как ночь, глаз. Дэйда как-то предсказывает движения оппонента, быть может, даже читает мысли в момент атаки.

Закрыв глаза и пытаясь предсказать движения громилы, подныриваю под её стандартным выпадом и следом, намереваясь проверить догадку, ухожу в сторону, выставляя перед собой меч, и открываю глаза. Пусто.

Хохочущая гора стоит в метре от меня, подперев подбородок рукой. С умилением глядящая на меня, задумавшаяся Дэйда казалась именно сейчас опасной как никогда. Шестое чувство? Опять? Её спокойный вид, приподнятое настроение и то как, она глядит. Я не ощущал какой-либо вражды, но буквально видел опасность, исходившую от её внутреннего «я».

— Мелкий засранец, — обратилась воительница ко мне, — совет на будущее: если столкнулся с кем-то вроде меня, превосходящим тебя по скорости, силе и мане, даже не пытайся действовать наугад и тем более прятать глаза или лицо. Подобный трюк сработает только с равным или слабейшим врагом, не знающим о твоих догадках. А теперь в стойку, я хочу получше разглядеть, кто спрятан под этой шкуркой. — Откинув клинок в сторону, она, намереваясь сражаться голыми руками, даже металлические перчатки скинула.

Её упоминания о мяснике и о том, кто в этой тушке, такая же случайность? Игра слов? Или же она каким-то образом догадалась. Но как? Невозможно связать мои деяния и преступления с одним лишь поединком, в котором я задействовал не все имевшиеся в моем арсенале уловки и трюки.

— Я нападаю! — рыкнула воительница, попытавшись пробить мне в грудь сельским, размашистым и медленным ударом. В ответ проверяю на прочность её кулаки и бью по ним своим мечом. «Отскочил, словно от стали», — с ужасом осознав их опасность, уворачиваясь, начинаю отступать. Огромная, двухметровая, словно настоящая гора, она своими длинными ручищами умудряется подавлять всё моё преимущество, создаваемое длиной клинка. «Я как будто против чудовища с двумя молотами сражаюсь».