— А вот и нет. — С её шляпки как по волшебству сорвался белый лепесток, по форме напоминавший кусочек чьей-то кости. Крутанувшись в руках ведьмы пару раз, он сначала принял форму неведомой мне зверушки, а после и вид всё той же чайки, подбитой на одно крыло. — Никудышный из тебя злодей, Глауд. — Вернув своё украшение в былую форму, произнесла та.

«Действительно» — Вспомнив об оставшемся в подвале голодном и напуганном ребёнке, подумал я. Отчего-то сейчас я смотрел на Хому не как на постороннего человека. Ребёнок напоминал мне прибившуюся дворнягу, имевшую возможность каким-то образом вызвать в моем лице капельку сочувствия. Это дитя стало для меня чем-то на подобии питомца, за которым в тайне от родителей и посторонних мне предстояло присматривать. Вот только как? По расписанию кормить, поить, выносить дерьмо и надеяться, что она к нужному часу не сдохнет в сыром подвале? Подобного рода забота для меня в новинку. Я всегда думал лишь о себе и своих целях, зачастую не скупясь в выборе средств их достижений: шантаж, вымогательства, подкуп. Я без проблем манипулировал обычными людьми, называвшими себя «планктоном». Когда кто-то из них умирал, я ничего не чувствовал. Рождался — то же самое. Массовка, бродившая по городу — вот, кем они были. Однако этот ребёнок как-то умудрился стать чем-то другим. Пойдя на столь неоправданный риск, я совершил много глупостей, ошибок, едва не погиб, получив взамен лишь новую порцию эмоций, странных и чем-то схожих с теми, которые накатывали на меня в моменты удачной охоты. В благодарность я не получил ничего, кроме взгляда, боготворящего и верящего только в меня. Шикарное чувство. Интересно, отцы в моем мире испытывали те же чувства к своим детям?

— Идём, с низу тебя ждёт сюрприз, да и наши матери на первом этаже уже, скорее всего, начали обсуждение новых убийств. — Вновь вернув своему лицо некий пофигизм, проговорила Бьянка.

— А с чего ты решила, что мне это интересно? — Насторожился я.

— Даже сейчас, когда разговор касается этого, ты ведешь себя более общительно и заинтересованно. Тебе нравится слушать о трупах, но не нравится говорить со мной… — Чуть не сорвав дверь с петель, недовольно фыркнула ведьма, спрыгнув на пол со своего посоха, и направившись вниз, на первый этаж, где уже во всю шли некие обсуждения.

Холодный ветер вперемешку с моросью ворвался в открытое окно, которое ведьма за собой так и не закрыла. Тучи сгущались, где-то вдалеке над крышами дальних домов виднелись несколько мачт, прибывших в порт на разгрузку кораблей. На нас двигалась стихия, первозданная и неподконтрольная. Подгоняемая ветрами перемен, она, грозно сотрясая небеса, поднимала десятиметровые волны, обещая могучими порывами сорвать кровли и уничтожить всё, что только ей не по душе.