А через несколько часов прибыл отряд конных геронов во главе с Харахом. Для раненых у них было с собой несколько повозок. Впрочем, для раненых повозки не понадобились. У геронов хватило зелья исцеления, чтобы поставить их всех на ноги. В повозки загрузили скудный скарб, самых малых детей и женщин на последних сроках беременности.

Вождь, глядя на такое количество коней, не переставал умиляться.

— Конь-друг, конь-друг, — повторял он радостно.

— Максим, — закончив с погрузкой, Харах подошел ко мне, — Вам с Катей не обязательно ехать с нами. Отправляйтесь по своим делам. Не сомневайся, племя до замка доставим.

— Должен предупредить, — предостерег я Хараха, — Сейчас пока Хорю не до нас, но от него можно ждать любых пакостей.

— Для Хоря так важно это племя? — удивился герон.

— Вообще-то совсем не важно. Племя должно было быть погребенным под завалами после землетрясения.

— Тогда Хорь не станет чинить препятствий, — заверил Харах, — В любом случае, Максим, тебе не о чем волноваться. Мы проведем этих первобытных людей своими тропами, где нас знают и где нам окажут помощь. Доберемся быстро. Спустя сутки будем в замке.

Я поблагодарил Хараха за помощь, испытав большое облегчение. У нас с Катей в самом деле нет свободного времени. Кардинал нас срочно ждет с партией полосатых макров. Попрощавшись с Харахом и вождем, мы помчались в Сансити.

Я позвонил кардиналу, едва мы пересекли защитный купол Сансити, и появилась связь.

— Достали? — кратко спросил Решильев, взяв трубку.

— Так точно, достали, — ответил я по-военному, — Тридцать штук.

— Где вы сейчас находитесь?

— На въезде в русский сектор.

— Отлично, ждите там. Алексей Николаевич уже к вам выезжает, — распорядился кардинал и отключился.

— Какой занятой кардинал, даже не пояснил, кто такой Алексей Николаевич, — пожаловался я Кате.

— Алексей Николаевич — это Меньшиков, — пояснила она.

— А точно. Я и забыл, что он Николаич.

Мы вышли из гравикара и стали ждать Меньшикова, но раньше него почти одновременно примчались индус, китаец и американец. И хотя из всех троих американец прибыл последним, он беззастенчиво оттеснил низкорослого китайца и вежливого индуса.

— Ты Максим Кротовский? — хамовато с наездом спросил он.

— Ну я.

— Кардинал сказал, что ты должен передать пять полосатых макров, — заявил американец.

Я понимаю, что Решильев решил разделить макры между всеми секторами. Это разумно. Какой смысл вбухивать все тридцать полосатиков в защиту одного только русского сектора, если твари могут прорваться в любом другом месте. Но борзоту американского коллеги спускать с рук не собираюсь.