— Я дома! — сообщил ей Саргон.

Приподняв голову грациозным жестом, обнаженная женщина сняла очки, и я вдруг узнал Афину. Она приветливо мне улыбнулась и помахала рукой, потом вновь откинулась назад на надувное розовое ложе, наслаждаясь мягким утренним солнцем.

Двигаясь за Саргоном я поднялся на открытую террасу, где нас встретила Афродита — в отличие от Афины в белой длинной тунике. Афродита, потому что лицо у нее было точь-в-точь как у Люции, когда она обворожила меня на Арене Доблести.

— Максим, привет, много о тебе слышала, — улыбнулась Афродита. — Я Юлия.

— Из рода ведущего свою историю от союза Клеопатры и Цезаря? — вспомнил я вдруг рассказ Владимира.

— Все верно.

— А в бассейне — Кайсара, прямой потомок Птоломеев?

— Именно так, — кивнул Саргон. — Кайсара из александрийских патрициев, а у них несколько иное отношение к наготе чем у нас с тобой. Культ красивого тела, обнаженным показаться вовсе не зазорно и все такое.

— Эй, я тоже из александрийских патрициев, — тронула его за плечо Юлия.

— Да-да, один я здесь терранская лимита.

— Ой все, — махнула рукой Юлия и повернулась ко мне, объясняя: — Просто я еще и нимфа. Если сниму одежду, у тебя не будет достаточно разума для ведения полноценной беседы из-за моей ауры. Помнишь, как у тебя произошло с Люцией на Арене? Только она тебя направленно пыталась обворожить, а у меня даже пассивная аура тебе мысли серьезно смешает. Ладно, что вам принести?

— Апельсинового сока и лимонад, — попросил Саргон, после чего показал мне на столик в тени под навесом. Чувствуя себя не в своей тарелке — что-то очень странное здесь происходит, я присел. Столь простой быт сущностей, имеющих божественные возможности, озадачивал.

— Я мог бы обитать на каноничном Олимпе, или во дворце среди лавовых рек Инферно, или в небесном городе, или в любом другом месте, на какое хватит фантазии, — явно почувствовал мое настроение Саргон. — Вот только зачем, если мне комфортно в таком окружении?

— Ясно. Почему ты его убил?

— Ты же знаешь, что Слай, он же Станислав Крамер, не был хорошим человеком. Во время допроса, когда мы чуть-чуть обманули ваших дознавателей, ему явилась Кайсара и предложила присоединиться к тебе, с правом выбора в конце пути. Если бы он выбрал отдать тебе кинжал, хоть на Альбионе — оставшись с Мариной, которая ему понравилась, хоть здесь, ориентируясь на чувство долга или самосохранения, сидел бы сейчас рядом с нами. Но он сделал свой выбор, и я не мог допустить, чтобы Крамер отправился на один из ключевых Осколков, где мог натворить дел. В шахматы играешь?