— В вещах моих ты копался? — спросила Василиса с еще более злым прищуром чем раньше. Черт, у нее похоже реально с головой проблемы.
— Конечно, — кивнул я. — В коридорах гоблины двери ломают, в окно гарпии бьются, на стене пентаграмма из которой богиня мести лезет, а я только и думаю, дай в твоих вещах покопаюсь! С головой зарылся, а после бегал радостный среди всего этого фестиваля твоим нижним бельем размахивая.
Алиса хмыкнула, а Василиса еще сильнее поджала губы.
— Предупреди свою подругу, что если она хоть слово лишнее себе позволит, я ей билет к лицевому хирургу обеспечу и не посмотрю чья она там внучка.
Или Василиса подслушивала вчера, спрятавшись в комнате Сэнди под кроватью, что вряд ли, или у них похожий тип мышления.
— А сама не можешь сказать? Она по-русски говорит, если что.
— Ты специально вот это сейчас?
— Ты специально, я специально. Скажи, я тебе какое плохое зло сделал?
— Ты не врубаешься? Моя винтовка — мой лучший друг, это часть моей жизни! И ты ее так просто отдал какой-то левой девке!
— Прости, пожалуйста, что не выбрал вариант умереть.
— Василиса, это уже слишком, — ледяным голосом проговорила Алиса. — Я бы на твоем месте попросила прощения.
Василиса, судя по виду, прощения просить не собиралась.
— Да дело не в том, что он отдал, ты тоже не понимаешь? — повернулась она к сестре. — У него нет ничего своего, живет на свете по доверенности! Ему вообще наплевать на всех, на тебя, на меня и на мои чувства! Любую вещь может спокойно выкинуть, и к людям так же относится!
Василиса говорила сбивчиво, глядя то Алису, то на меня блестящими глазами. Она сейчас, кстати, высказывается пусть на эмоциях, но искренне — обычного её яда или сарказма в словах не чувствую.
— Вася, я честно не понимаю, в чем претензия. Представь, что я тупой, объясни по слогам.
Василиса немного успокоилась и даже на удивление за специально вставленного мною «тупого» цепляться не стала, упоминая что ей и представлять не надо, заговорила сразу в продолжение темы.
— Я знаю, что вы там едва не погибли. Я была бы совершенно не против, чтобы ты взял вообще все что угодно в моей комнате, и даже слова бы не сказала, если бы ты обоссал моего любимого плющевого мишку, будь это необходимо для спасения ваших жизней и здоровья! Когда на кону такая цена мне ничего не жалко, понимаешь? Но после того как ты все это сделал, ты мог просто написать сообщение, что мол Василиса, я вломился в твою комнату, взял твою одежду с мотоциклом и немного их испортил, прости пожалуйста! Если бы я при необходимости зашла к тебе комнату без спроса, я бы потом сразу же тебе написала, бла-бла-бла, у нас тут были проблемы, мне пришлось зайти в твою комнату без разрешений, пойми и прости. Я бы сделала это, потому что твоя комната — это твое личное пространство! ЛИЧНОЕ, понимаешь? А моя комната и мои вещи — это моя комната и мои ЛИЧНЫЕ вещи. Я не против, чтобы ты ими воспользовался, но для получения моего одобрения надо или спросить разрешение до, если ситуация позволяет, или просто сообщить постфактум. Хотя бы сообщить, высказывая этим уважение к чужому ЛИЧНОМУ имуществу. Врубаешься?