И, мою прекрасную идею, о гильятинирующих вторых дверях и скорострельной ракетнице напротив дверей зарубили! Хотя, с ракетницей, если подумать, я и вправду немного погорячился…

Вечером ко мне в закуток постучалась некая шмара. Ну вот просто нет иных слов чтоб обозначить иначе не самую старую девку, пластической операцией и яркой косметикой превращённую… ну чёрт знает во что. Подавляющее количество животных в корабле-зоопарке были явно сексуально привлекательнее, но они же не вызывали сексуального влечения вообще. Шмара же, пытавшаяся вщемиться в закуток, вызывала одним своим видом натуральную импотенцию!

Ну и к лучшему, передёргивался я в закутке, избавившись от кошмарного порождения косметологии. Мне до конца «контракта» тут сидеть, а так и желания, похоже, не будет. И, надеюсь, без долговременных последствий, понадеялся я, засыпая.

С утра меня грохотом поднял толстый, на тему «проверить Дос». Пушка стояла на месте, правда с боеприпасом толстяк мне испортил настроение: снаряды были только «местные», мягкого металла, простые болванки.

Ну, хоть не скорострельное угрёбище, как перед этим, всё получше, отметил я потратив десяток зарядов на стрельбище. Кстати, стрелял я, спасибо кастрированному ложементу, гораздо хуже. Но всё равно слишком хорошо, так что пять выстрелов отправил «в молоко» сознательно.

И, следующий бой у меня проходил всё в той же «мясной» арене, с малым диверсионным Досом, фактически повторяющий мой «обвес». Основным отличием была этакая «картечница», ну или дробовик. Крупнокалиберная пушка ближнего боя, увидев картинку которой я, признаться, напрягся — лютое стреляло, на двухстах метрах могущее просто разметать Дос на запчасти, даже металлической болванкой.

Впрочем, записи боёв показали, что это именно картечница, стреляющая россыпью шариков четырёхзарядная… Ну, скажем так: пихательница. Урона Досам она фактически не наносила, правда откидывала многотонную конструкцию на ощутимое расстояние, роняла и вообще приводила во временно недееспособное состояние.

Чем мой противник и пользовался, стреляя из «роторного пулемёта» в упор по ложементу, превращая последний вместе с пилотом в фарш.

Вообще — неприятно, поёжился я, разглядывая подвиги оппонента, уже в Досе, перед схваткой. Но, есть громадный плюс: отдача у этой херни не менее чудовищная, чем сама сила удара. И Стальной Метельщик, как обзывался мой противник, стрелял из своей «метлы» исключительно от «стены», упирая в неё манипулятор, симулируя «загнанность в угол».

В общем — неприятный противник, но победимый. Главное от него бегать быстро, ухмыльнулся я.