На упоминании комбайнов, и так скисший рожей на перечислении двадцатки «любимых жён», толстый повторил своё коронное «ой всё» и срулил.

Шмары мне больше не присылали, видно посчитали «недостойным», отчего я ничуть не расстроился, просто выспавшись.

И через день был ещё один бой, уже со средним Досом-штурмовиком. Сердце кровью обливалось, но «в сухую» выигрывать было нельзя, так что подставил я под неповоротливый ствол вражины левый манипулятор.

Перегрел противника до недееспособности резаком, но лапу Крабу повредил (и роторную пакость сломало, хоть что-то хорошее), так что следующий бой был через три дня. Толстяк пытался изойти на гавно за «сломаный Дос», но был послан исходить гавном в сортир, ну или потусить с уебищем, что было мне заслано в первую ночь!

Следующие же мои бои были уже не в «мясном стакане», а на содержащей искусственные препятствия, прикрытой многочисленными полями в виде полусферы, арене. Зрители располагались в этаком амфитеатре, для дальних была голограмма, а передние видели уже не «с края стакана», а обзорно.

И дронов записи было уже до хрена, как и вопли ведущего транслировались в Дос.

— Отключить можно? — уточнил я у инструктирующего меня толстого. — Отвлекать будет.

— Можно, но не нужно, — приподнял сардельку, по недоразумению называемую пальцем толстяк. — Зрители могут захотеть чего-то интересного, а твоя задача…

— Вести бой, в контракте записано.

— Блядь, в кого ты такой умный?

— В маму и папу. Хотя батя, напиваясь, врал, что на соседа Арчи похож. Но у того нос горбатый, а у меня нет, — ответил я.

— За что мне это? — закатив глаза к потолку, возопил толстяк.

Потолок не ответил. Я бы мог ответить, что «это» — страшная месть невинно сожранных гамбургеров, но проявив выдержку, не стал.

— В общем, Мад. Хочешь угробиться — отключай. Ведущий комментирует ваши действия, поле боя — с препятствиями, противника можешь не видеть. Если не интересно — хер с тобой, противник комментарии твоих действий слышать будет, — привёл он, наконец, вменяемый аргумент. — И Мад, постарайся не разносить видеодроны. Их там дохера.

— Что мне, из-за них подставляться?! — с почти не наигранным возмущением выдал я.

— Нет, но хоть не охоться, блядь, на них! — с чего-то взорвался толстый. — А то есть любители… — пробормотал он и свалил.

В общем, третий бой по «длительному контракту» был со средним, причём вполне неплохим Досом «Росомаха», причём, чтоб его, ракетным! Нет, боеголовки, конечно, были ослаблены, хотя и взрывались охрененно «красивыми» облаками пламени. Но сам факт раздражал.