Дыши, идиот. Р-раз. Два. Вдох носом на четыре, задержка, выдох. Плац. Смотри на плац. Вон коробка топает, вон взводный орёт, вон боец бак тащит, пар над баком. Живое. Настоящее. Или не настоящее — но осязаемое, вот оно, за стеклом, тёплое, солнечное, пылит. Это теперь не игра. Это теперь твоя жизнь. Или нет?

Время еще было, Олейников застегивал ремни и я написал паническое ответное письмо. Юристам, на всякий случай и на адрес куратора. Что делать, куды бечь, срочно выводите из комы! Лучших мне врачей и все за счет Скайнета. Требую… Написал, отправил, а потом с отдельным ужасом понял, что 30 календарных дней там — это 4 месяца тут!

— Тим! Что тебе известно о моем состоянии в капсуле виртуальной реальности?

ИИ тут же отозвался:

— Ничего. Я внутриигровая нейросеть и не имею доступа к внешнему контуру.

— А другие игроки?

— Уточните вопрос

— Что тебе известно о других игроках на этом сервере?

— Информация ограничена, пожалуйста, задайте другой вопрос или начните новый чат!

ЗА-ШИ-БИСЬ!

За спиной кряхтенье сменилось кряхтеньем победным. Ремни, видимо, капитулировали.

— Ковалёв. — Голос Олейникова, скрипучий, живой, вернул звук миру разом, будто вынули вату из ушей. — Уснул там, у окна? Сапоги подай. И это… чего смурной такой? Взвода своего уже забоялся, а?

Я обернулся. Лицо — гладкое. Уставное. Держу личину, чтобы была как влитая — недаром за неё целый сложный квест дают.

— Никак нет, товарищ командир, — сказал я ровно, подавая сапог. — Прикидываю, с чего начать.

— За тебя все прикинули. Сначала общее построение, потом примешь канцелярию взвода, боевые журналы, списки…

— Опять бумажки — театрально вздохнул я. Мне теперь надо быть о-очень аккуратным!

— Все страдают и ты страдай — Он ухватился за мою руку, кряхтя, встал, притопнул, проверяя ногу. Скривился, но устоял. — И имей в виду. Взвод тебя будет пробовать на зуб с первой минуты. Не вздумай прогнуться, я тебя поддержу. Ну, все вроде, пошли. — комполка надел фуражку, отцентровал ее — Покажу тебе твоё хозяйство. Но сначала кое-куда зайдем.

* * *

— Куда сначала, товарищ командир? — спросил я, придерживая ему дверь палаты.

— За мной держись, — буркнул Олейников, выходя в коридор нарочито прямо, только желваки на скулах выдавали, чего ему это стоит. — Раз уж поднял меня с одра, будет тебе экскурсия. Заодно погляжу и свое хозяйство. Три дня на койке провалялся — небось распустились без меня, как бабы на посиделках.

Так и вышло, что первое моё знакомство с Кировским полком я получил не по бумажкам, а вживую — комполка тащил меня, точно баржу на буксире.