Напрашивается вопрос: допускает ли квантовая механика возможность путешествий во времени на макроскопическом уровне, которой могли бы воспользоваться люди? На первый взгляд это кажется вероятным. По Фейнману, суммирование надлежит выполнять повсем траекториям, то есть не исключая траектории с таким искривлением пространства-времени, которое разрешает визит в прошлое. Почему у нас не возникает проблем с историей? Предположим, к примеру, что кто-то отмотал назад несколько лет и раскрыл нацистам секрет атомной бомбы…
Этих проблем можно избежать, если взять на вооружение то, что я называю гипотезой защиты хронологии. В согласии с ней законы физики «сговорились», чтобы не позволитьмакроскопическим телам передавать информацию в прошлое. Как и гипотеза космической цензуры, она не доказана, но есть все основания считать ее верной.
Гипотеза защиты хронологии заслуживает доверия, потому что когда пространство-время искривлено достаточно, чтобы сделать возможными путешествия в прошлое, виртуальные частицы, движущиеся по замкнутым траекториям в пространстве-времени, могут превращаться в реальные частицы, движущиеся вперед во времени со скоростями, равными скорости света, или медленнее. Эти частицы проходят по этой петле произвольное число раз и столько же раз минуют любую точку своей траектории. Таким образом, их энергия учитывается снова и снова, и плотность энергии становится очень высокой. В результате пространство-время обретает положительную кривизну, которая не позволяет попасть в прошлое. Пока еще не до конца понятно, становится ли под действием этих частиц кривизна положительной или отрицательной или же кривизна, продиктованная некоторыми типами виртуальных частиц, может подменяться кривизной, порожденной частицами другого типа. Так что вопрос о возможности путешествий во времени остается открытым. Но я не готов делать ставки на исход этого спора. У моего оппонента может оказаться нечестное преимущество: не исключено, что будущее ему уже известно.
Глава одиннадцатая. Объединение физики
Как мы уже выяснили в первой главе, построить полную единую теорию всего во Вселенной – чрезвычайно трудная задача. Поэтому мы продвигались вперед, создавая частные теории, описывающие ограниченный круг событий, пренебрегая другими эффектами или учитывая их приблизительно через определенные параметры. (Например, химия позволяет вычислять взаимодействия между атомами, и для этого не нужно знать внутреннего строения атомного ядра.) Мы надеемся в конце концов создать всеобъемлющую непротиворечивую теорию, которая включит в себя все частные теории на правах приближений и которую не придется настраивать путем подбора значений констант, чтобы согласовать с реальностью. Поиски такой теории известны как «объединение физики». Последние годы своей жизни Эйнштейн посвятил попыткам – безуспешным – отыскать подходящую модель, но то было стремление опередить свое время: тогда уже существовали частные теории тяготения и электромагнитных сил, а о ядерных силах было известно мало. К тому же ученый отказывался признавать реальность квантовой механики, несмотря на ту роль, которую сыграл в ее разработке. И все же принцип неопределенности, как видится, имеет фундаментальное значение в нашей Вселенной, а следовательно, успешная единая теория должна учитывать его.