Долго поразмыслить над этой загадкой ему не пришлось — Хон всё-таки выпил содержимое баночки и медицинские наноботы начали проникать в его кровеносную систему через стенки кишечника… и сразу столкнулись с неожиданной проблемой — они оказались не одни. О нештатной ситуации формирующаяся нейросеть тут же оповестила Ивана по аварийному каналу, заставив отвлечься от железяк и сосредоточить внимание на своём новом «пациенте».

И чем больше он получал информации от наноботов, тем сильнее было его удивление. Мальчик оказался самым настоящим киборгом! Нет, он не имел композитного скелета, мышечных имплантатов или модифицированных органов чувств, но, в то же время, был изменён сильнее, чем, например, та же Рея. Основные отличия были в нервной системе. Да что там! Мозг Хона на четверть состоял из микроскопических роботов! Они были на два порядка больше наноботов нейросети и несравнимо сложнее. Вначале Иван подумал, что столкнулся с каким-то странным видом техно-биологического паразита, но, получив больше данных, понял, что ошибся.

Мальчик был болен. Причём болен с рождения — генетическое нарушение функционирования нервных клеток, из-за которого они постепенно отмирали. Кто-то внедрил в голову мальчика микророботов, чтобы они сдерживали распространение болезни, а, если это было уже невозможно, брали функции умирающих клеток на себя.

— Господи, парень. — Наконец сказал Иван. — Ты знаешь, что умираешь?

— Знаю… — Ответил Хон после нескольких секунд молчания. — Халцнер сказал. Он пытался меня лечить, но у него плохо получается…

— Мне нужно с ним встретиться. Возможно, я смогу помочь. — Сказал Иван, подумав.

На этот раз мальчик колебался значительно дольше, но, наконец, нехотя кивнул.

— Я проведу, здесь недалеко.

Иван и Хон вышли из землянки, где их ждала Рея, которая осталась в охранении, решив не лезть под землю.

Идти до «Халцнера» оказалось действительно недалеко. Они прошли по хорошо замаскированной тропе над обрывом, заканчивающейся входом в глубокую пещеру.

Когда Иван осветил своим фонариком её содержимое, Рея распахнула глаза от удивления.

— Что это? — Спросила она.

— Это местный храм. — Ответил Иван. — А ещё это то, что так и не нашла археологическая экспедиция четырёхвековой давности — то, что осталось от корабля Предтеч.

* * *

— Этот Халцнер — жрец? — Спросил Иван у Хона, оглядываясь. — Он здесь живёт?

— Нет, не жрец, и живёт он намного ниже, здесь у него есть работающие… э-э-э… уши. — Наконец Хон придумал подходящее слово. — На самом деле его зовут ХЛЦР-17–3, он ИскИн.

— ИскИн? И он тебя лечил? Насколько я знаю, обычно такие ИскИны не лечат посторонних.