Самое же ужасное — исходя из имеющихся сведений о возможностях станции, она могла нанести подобный удар, не сходя с места, на расстояние до полутора сотен стандартных прыжков! В область прямого поражения попадал весь Фронтир и солидная доля окраинных систем Содружества! Это было ужасно, но экипаж в данный момент волновался не об опасности, нависшей над незнакомыми им людьми, а о том, что оружие столь исполинской мощи может сделать с их флотом и ими самими. Бравурные заявления в духе «лёгкой прогулки за хорошие деньги» сменились чёрной злобой, направленной на старших офицеров, приведших флот на убой. Увидев врага, никто не верил, что победить его будет так легко, как это заявлялось ранее. Умирать же никто не хотел, особенно так неожиданно и без какой-либо уверенности в успехе. Кто знает, не обозлит ли нападение до этого не проявлявшего агрессии противника? Не вызовут ли они сами те страшные последствия, которыми пугали учёные?

Чувствуя, что с каждой минутой промедления он теряет контроль над ситуацией, а опасность того, что существенная часть флота дезертирует с поля боя, подчиняясь приказам испугавшихся последствий своих действий торгашей, Трот скомандовал выдвижение. Самому адмиралу отступать было некуда — в этом случае его авторитет будет не просто разрушен, он будет втоптан в грязь, поэтому ему не оставалось ничего кроме как отдать немедленный приказ к атаке, надеясь, что всё, что данные разведки являются не более чем бутафорией, направленной на запугивание противника.

Тем не менее, наблюдая как медленно и неторопливо корабли занимают выделенные им места в боевом построении, адмирал уже чувствовал — ничем хорошим боевое столкновение не закончится. Противник, не сделав ни одного выстрела или заявления, одним своим видом сломал боевой дух целого флота. Победить в таких условиях было вряд ли возможно. Разве что отступить с честью, обменявшись несколькими чувствительными ударами.

Но и этого добиться адмиралу не удалось — с мощным гравитационным всплеском в системе возникла аномалия до боли знакомого каждому ветерану боёв с архами вида, и через секунду, когда ослеплённые датчики вернули свою нормальную чувствительность, на месте аномалии обнаружилось скопление целей, которые боевые алгоритмы идентифицировали как флот архов, включающий двенадцать «носителей роя», и более сотни «маток». По совокупной боевой мощи прибывший флот не уступал флоту Содружества.

Как будто этого мало, в тысяче километров от станции совершенно неожиданно и «беззвучно», возник ещё один рой, состоящий из одного «улья», крупнейшего корабля архов, предназначенного для перемещения крупных колоний членистоногих, и двадцати шести «носителей роя». «Маток» в нём не было вовсе, но по совокупной боевой мощи данный флот был сопоставим со всеми остальными, вместе взятыми, не считая боевую станцию, продолжавшую оставаться «тёмной лошадкой».