Рея не стала на это ничего отвечать — она продолжала бесполезные попытки разорвать прочные оковы.

Под непрекращающееся звяканье жрец закончил наносить рисунок на правую половину тела Ивана и направился к Рее, доставая из складок плаща новый набор красок.

— Лежи спокойно, иначе краска может смазаться. — Предупредил он её.

— Убери от меня свои грязные лапы, ублюдок!

Жрец ничего не ответил на эти слова, лишь удручённо покачал головой и вколол ей что-то из точно такого же инъектора, какой она сама использовала, чтобы вырубить Ивана, только использованное средство было другим — оно парализовало девушку почти на час, дав жрецу время спокойно нанести рисунок — на этот раз зелёного цвета. Закончив с этим, он ушёл через люк в полу, оставив Рею отходить от «наркоза».

Через несколько минут она уже смогла повернуть голову в сторону Ивана. Он спокойно лежал на плите. Глаза его были открыты и невидяще смотрели в потолок.

— Иван… — С трудом произнесла она. Услышав её голос, он наклонил к ней голову.

— Да?

— Кто они такие?..

— Судя по символике. — Иван приподнял правую руку для пояснения своих слов. — Это солнцепоклонники Рулы… Точнее какая-то секта на основе первоначальной религии, ведь Рула была уничтожена орбитальной бомбардировкой триста лет назад и с ней умерли все «носители».

— И что с нами будет?

— Ну… если они не слишком отошли от первоначальных догм, то нас принесут в жертву…

— Почему? Что мы им сделали? — У Реи на глазах выступили слёзы.

— Не знаю, в первоисточниках архи никак не связаны с Тьмой. О них вообще не упоминалось. — Пожал он плечами. — Видимо, какие-то новые веяния…

Речь Ивана прервали звуки множества приближающихся шагов.

На этот раз пришла целая делегация, состоящая из четырех молодых парней в белоснежных балахонах и одного пожилого жреца в ярко-голубом. Они плотно закрыли за собой люк, встали на колени лицом к жертвенникам и старших жрец заговорил:

— Восславим Свет!

— Восславим!.. — Хором ответили ему молодые собратья.

Они говорили и говорили, кажется, даже что-то пели. Поначалу Рея просто умирала от страха, но постепенно на неё находила апатия. Вначале она пыталась что-то кричать. Умоляла не трогать их, но на неё не обращали никакого внимания. Она пропустила момент, когда это действие, казавшееся ей бесконечным, неожиданно прекратилось, поэтому «кульминация» застала её врасплох.

— Смоем Тьму кровью, братья! Да воссияет Свет! — Произнёс старый жрец, доставая из скрытых ножен причудливо изогнутый, бритвенно-острый нож.

— Да воссияет!!! — Ответили ему другие, повторяя его действия.