Крид, закрепив свои позиции и обеспечив быстрый технологический рывок, не забросил свою игру в Европе. Финансирование шпионских сетей и диверсионных миссий было значительно увеличено. Его агенты, мастерски манипулируя событиями, продолжали сеять раздор и хаос на континенте.
Искусственно ускоренная Реформация раздирала Европу на части, словно лоскутное одеяло. Религиозные споры, подстёгиваемые шпионами Крида, достигли точки кипения. Католики воевали с протестантами, лютеране — с кальвинистами, а все они — с анабаптистами и другими многочисленными сектантами. Европа была на пороге грандиозной религиозной войны, где все должны были сражаться против всех.
Крид пошёл ещё дальше. Он понял, что простого усиления существующих религиозных движений недостаточно. И приказал своим теоретикам, преимущества из китайской и корейской области империи, создать новые, оригинальные ветви христианства, приспособленные под конкретные национальные и культурные особенности. Если для Англии уже существовало удобное англиканство, то для других стран были спроектированы и внедрены новые «ветви», каждая из которых была направлена на усугубление существующих конфликтов и разделение народов.
Разнообразие «веры» лишь усугубило раскол. Теперь уже не только католики и протестанты сражались между собой, но и различные секты внутри протестантизма начинали воевать за свои догмы. Гражданские войны стали обычным явлением. Европа погружалась в хаос, охваченная пламенем религиозных войн. Крид терпеливо ждал своего момента. Он понимал, что это только начало. Когда Европа будет достаточно ослаблена внутренними конфликтами, он нанесёт решающий удар, завоевав Рим и установив свой порядок на весь континент.
После завершения строительства масштабных проектов и укрепления своих позиций в Европе, Крид вновь обратил свой взор на тайны, скрытые в исследованиях немецких рыцарей по созданию искусственных существ, подобных ангелам. Он собрал в своих лабораториях самые блестящие умы империи — алхимиков, биологов, магов и инженеров, стремясь к небывалому синтезу науки и магии. Крид понимал, что создание искусственной жизни — подвиг, требующий глубочайшего понимания как законов природы, так и ещё неизученных сил мироздания.
Эксперименты проводились с беспрецедентным размахом. Учёные работали над созданием искусственных органов и тканей, разрабатывали сложнейшие биологические системы, пытаясь вдохнуть жизнь в бесформенные массы, используя как новейшие научные методы, так и древние алхимические рецепты и запретные ритуалы. Лаборатории напоминали сцены из сюрреалистических кошмаров: столы были заставлены колбами со странными жидкостями, причудливыми приборами, записями на непонятном языке; воздух был наполнен запахом серы, трав и чего-то ещё, невыразимо отталкивающего.