Первым этапом был подкуп. Виктор знал слабые стороны генуэзцев, а также их жажду богатства и неспособность оценить риски. Он превратил это в свое оружие. Золото, полученное благодаря контрабанде и работорговле, текло рекой, подкупая совесть и разум его оппонентов. Некоторые из них легко соглашались на сотрудничество, мечтая о легких деньгах и влиянии. Они не замечали, как Крид постепенно затягивает их в свою сеть и плавно затягивает удавку на их шее, превращая в безвольных марионеток.

Но не все поддавались подкупу. Для них Крид приготовил другой способ. В шумных попойках генуэзской таверны, за столами, уставленными чарками вина и блюдами с мясом, он устраивал карточные дуэли. Это были не просто игры на деньги, это были смертельные схватки. Ставка была высока: жизни его конкурентов. Крид был мастером карточных игр. Он виртуозно блефовал, манипулировал, читал людей как открытую книгу. Он видел их слабости, их страхи и использовал это против них.

Тяжёлый занавес дыма окутывал Крида, как мягкий кокон, защищая от шума и суеты таверны. Он устроился в своём любимом углу, там, где было темнее всего, где можно было сосредоточиться, не отвлекаясь на бесконечный поток лиц и голосов. Мерцающий свет свечи, поставленной на низком столике, освещал его лицо.

Воздух был густым, тяжёлым от запаха дешёвого вина, пролитого на столы и пол, от запаха пота и несмытой грязи с улиц Феодоро, от запаха солёного ветра, проникающего сквозь щели в стене. Это был запах жизни, запах портового города. Вокруг него шумела многоголосая толпа: грубые голоса моряков, рассказывающих о своих приключениях; пронзительные крики торговцев, с жаром торгующих своим товаром; глухой ропот разбойников, сидящих в тёмных углах и тайно перешёптывающихся. Все они были смешаны в одном бурлящем котле, живой иллюстрации портовой жизни, где переплелись богатство и бедность, слава и позор, жизнь и смерть.

Но Крид не обращал на них внимания. Его взор был сосредоточен на своих картах, расположенных перед ним на столе. Это были не просто карты, это были инструменты его власти, оружие, с помощью которого он расчищал себе путь к вершине. Он держал их в руках, ощущая их вес, их холодную поверхность, словно держал в руках судьбы своих конкурентов. Его лицо, освещённое мерцающим светом свечи, было спокойным и сосредоточенным. Он был готов к игре, к войне. Он был готов победить.

Каждая карточная дуэль была для него не просто игрой на деньги, а ступенькой к вершине, к достижению его великой цели. Это был его путь к власти, путь, усыпанный трупами его конкурентов, путь, проложенный через интриги и обман. Он уже убрал с дороги некоторых из своих оппонентов, искусно манипулируя картами и людьми, играя на их жадности, на их страхах, на их слабостях. Он был мастером интриг, виртуозом обмана.