Ноги держали уверенно. Головокружения не было. Тело Митчелла крепкое, здоровое, быстро восстанавливается.

Дэйв проводил меня до входа.

— Ключи у тебя?

Я достал из кармана связку ключей. Три ключа, от входной двери здания, от квартиры, от почтового ящика. Память Митчелла подсказала, какой что открывает.

— Есть, — показал я.

— Отлично, — Дэйв еще раз хлопнул меня по плечу. — Отдыхай, приятель. И звони, если что.

— Позвоню, — пообещал я.

Он ушел, помахав на прощание. Я проводил его взглядом, потом повернулся к двери.

Глубокий вдох. Время войти в жизнь Митчелла.

Вестибюль маленький, тусклый. Стены выкрашены в бежевый, почтовые ящики вдоль одной стены, узкая лестница ведет наверх. Пахнет старым ковром и чужой стряпней.

Лифта нет. Конечно, нет. Это дешевое жилье.

Я поднялся на третий этаж. Коридор узкий, двери квартир выкрашены в коричневый. Квартира 3B в конце коридора. Я вставил ключ в замок, повернул. Щелчок. Дверь открылась.

Зашел внутрь и замер.

Маленькая однокомнатная квартира. Крошечная.

Может, тридцать квадратных метров, не больше. Одна комната, совмещающая спальню и гостиную. Узкая кухонька в алькове. Дверь в ванную. Вот и все.

Но не это меня шокировало. Шокировала примитивность.

Никакого компьютера. Никакого смартфона на зарядке. Никакого телевизора с плоским экраном. Никакого роутера, мигающего огоньками в углу.

Вместо этого черно-белый телевизор. Маленький, выпуклый экран, деревянный корпус, две антенны торчат сверху. Стоит на тумбочке у стены.

На столе у окна роторный телефон. Черный, тяжелый, с витым шнуром. Чтобы набрать номер, нужно вращать диск. Роторный, мать его, телефон.

Я подошел ближе, уставился на это устройство, как на музейный экспонат. В моем времени такие телефоны продавались на блошиных рынках как антиквариат. Здесь это обычная вещь, современная технология.

Медленно обвел взглядом комнату. Узкая кровать у стены, покрывало в армейском стиле, идеально ровное. Привычка Митчелла, армейская дисциплина.

Небольшой комод, деревянный, потертый. На комоде фотографии в рамках.

Я подошел, взял одну рамку. Фотография молодой женщины. Красивая, темные волосы до плеч, улыбка, добрые глаза. На обороте надпись шариковой ручкой: «Дженнифер, июль 1970».

Дженнифер. Девушка Митчелла. Его невеста.

Следующая фотография. Семья. Мужчина и женщина средних лет, подросток-девочка. Родители и сестра Митчелла. Все улыбаются, стоят у какого-то дома. Счастливая американская семья.

Я поставил рамку обратно, чувствуя тяжесть в груди. Эти люди любят Митчелла. Ждут его. А вместо него получат меня, самозванца, вселившегося в тело их сына, брата, жениха.