Нужны полные материалы дел. Фотографии мест преступлений, отчеты патологоанатомов, протоколы допросов свидетелей. В рапортах, попавших в ФБР, только краткие сводки.

Как получить полные материалы? Запросить официально, Томпсон не разрешит. Запросить неофициально, значит нарушение процедуры.

Остается третий вариант. Поехать самому. Съездить в один из городов, поговорить с местной полицией. Увидеть дело своими глазами.

Но как? У меня нет полномочий вести расследование. Томпсон дал другое дело. Если уеду без разрешения, меня уволят.

Дверь офиса распахнулась. Вошел Харви Бэкстер, запыхавшийся, мокрый от дождя. На галстуке свежее пятно, кофе, судя по цвету.

— Прошу прощения за опоздание, — сказал он, обращаясь к Томпсону. — Пробка на мосту, авария.

Томпсон посмотрел на часы.

— Девять минут, Харви. Это третий раз за месяц.

— Извините, Ричард. Больше не повторится.

— Надеюсь. Садись, работай.

Харви прошел к своему столу, снял мокрый пиджак, повесил на спинку стула. Включил вентилятор на столе, старый, металлический, тот громко загудел.

Я вернулся к делу о мошенничестве. Читал, но мысли постоянно возвращались к убийствам.

Пять женщин. Паттерн. Преступник все еще на свободе.

К обеду я обработал половину жалоб по делу о мошенничестве. Записал адреса свидетелей, составил список вопросов для допросов.

Обычный рабочий день. Рутина. Бумаги, звонки, отчеты.

В половине первого Дейв положил трубку, потянулся, размял шею.

— Обед, — сказал он громко, обращаясь ко всем. — Кто идет?

Маркус покачал головой.

— Я принес сэндвич. Поем здесь.

Харви тоже отказался.

Дейв посмотрел на меня.

— Итан?

— Пойду.

Мы встали, взяли пиджаки. Томпсон как раз тоже встал в этот момент, тоже в пиджаке, с портфелем в руке.

— Куда направляетесь?

— На обед, сэр, — ответил Дейв.

— Хорошо. Будьте через час.

Он прошел мимо нас к выходу. Походка размеренная, спина прямая. Человек устоявшихся привычек и строгой дисциплины.

Мы вышли следом. Дождь прекратился. Небо очистилось, сквозь тучи пробивалось солнце. Воздух пах мокрым асфальтом и листвой.

Зашли в Frank’s Diner через два квартала. Маленькая забегаловка, десяток столиков, стойка с вращающимися стульями.

Запах жареного бекона, кофе, сигаретного дыма. Половина столиков занята. Клерки, полицейские, пара строителей в рабочей одежде.

Мы сели у окна. Официантка средних лет, с усталым лицом и фартуком в пятнах, принесла меню.

— Что будете, ребята?

— Сэндвич с пастрами и кофе, — сказал Дэйв.

— Мне то же самое, — добавил я.

Она ушла. Дэйв закурил сигарету, затянулся.

— Как дела? Томпсон больше не придирается?