Мы выпили. Виски обжег горло, согрел изнутри. Недорогой, но приличный.

Сьюзан откинулась на спинку дивана, закрыла глаза.

— Устала. Неделя тяжелая.

— Работа?

— Работа, жизнь. Все вместе. — Она открыла глаза, посмотрела на меня. — Иногда хочется сбежать. Купить билет на поезд, уехать куда-нибудь. Не говорить никому.

— Почему не сделаешь так?

— Потому что бежать некуда. И незачем. Везде одно и то же. Работа, счета, одиночество.

— Циничный взгляд.

— Реалистичный. — Она отпила виски. — А ты? Хочешь сбежать?

Я задумался. В каком-то смысле я уже сбежал. Из одной жизни в другую. Из 2025 года в 1972-й. Но сказать это не могу.

— Иногда. Но бежать не решение. Проблемы остаются.

— Философ, — усмехнулась она. — Редко встречаю философов среди агентов ФБР.

— Я недавно в ФБР. Еще не стал типичным.

— Не становись. Типичные скучные.

Она допила виски, поставила стакан на столик. Повернулась ко мне полностью. Колено коснулось моего бедра.

— Слушай, Итан. Я скажу прямо. Не умею играть в игры, притворяться. — Пауза. — Ты мне нравишься. Хочу провести ночь с тобой. Без обязательств, без обещаний. Просто хороший вечер. Если ты не против.

Прямота удивила. Женщины в это время редко говорят так откровенно. Но Сьюзан разведена, живет одна, устала от условностей.

Я посмотрел на нее. Лицо серьезное, без кокетства. Ждет ответа.

В прошлой жизни я бы растерялся. Засомневался. Начал бы анализировать, взвешивать за и против.

Но сейчас другое. Тело хочет близости. Разум устал от постоянного напряжения, от попытки казаться другим человеком.

— Я не против, — просто сказал я.

Она наклонилась, поцеловала меня. Губы мягкие, вкус виски и сигарет. Рука легла на мою шею, пальцы коснулись волос.

Я ответил на поцелуй. Я уже знал что делать, руки обняли ее талию, притянули ближе.

Она оторвалась, посмотрела в глаза.

— Спальня там, — кивнула на дверь справа.

Мы встали. Она взяла меня за руку, повела.

Спальня маленькая. Двуспальная кровать у стены, покрывало цветастое. Прикроватная тумбочка, лампа с абажуром. Окно занавешено тонкой тканью, свет уличных фонарей просачивается, создает мягкий полумрак.

Сьюзан включила лампу на тумбочке. Свет желтый, неяркий. Она повернулась ко мне, начала расстегивать пуговицы блузки. Пальцы медленные, уверенные.

Я снял галстук, расстегнул рубашку. Руки немного дрожали, нервы.

Она сняла блузку, юбку. Осталась в белье, простом, без кружев. Села на край кровати, посмотрела на меня.

— Ты нервничаешь?

— Немного.

— Не надо. Мы просто двое людей. Ничего сложного.

Я подошел, сел рядом. Она обняла меня, притянула к себе. Мы легли на кровать.